Книга Хирургическое вмешательство, страница 44 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— С чем вас и поздравляю. Контрольные анализы сдадим и готовимся к выписке.

— Правда?

— Конечно, правда. Мне нет смысла вас больше держать.

— Спасибо!

— Да я и не сделал ничего. Ваша Танюша молодец, и у нее хороший ангел хранитель. Удачи. Все назначения на посту медсестры.

* * *

Николай подал на развод, как только появилось свободное время. Не смотря на усталость и тяжелые мысли в голове Аверин радовался и за Таню, и за Мишу. Тяжелых. По-настоящему тяжелых и безнадежных пациентов не было, и со спокойной душой в конце недели мужчина решил отправиться в Марьино. У любимой бабули намечалось торжество, и хирург накупил для нее всяких интересных штуковин и аксессуаров для гадания и ритуалов.

Бабушка нашла себе новое увлечение, и внук решил ее поддержать. Он не мог сдержать улыбку, вспоминая о ней.

Неделя выдалась не простой, особенно со сном была напряженка, и Николай мечтал выспаться в любимом доме своей бабули. Откусывая пирожок с капустой, купленный в придорожном кафе, мужчина уверенно вырулил на федеральную трассу.

Аверин отправился в Марьино…

Глава 13. Карта под фото, и фото под картой

Марьино

Аня схватила коробку и быстрым шагом направилась к бабе Нюре. Хозяйка крутилась неподалеку во дворе, потому калитку открыла быстро.

— Мне так неудобно, — сразу стала извиняться Аня, — стояла Ваша коробочка одинокая на столбе забытая. Хорошо за кустом не видно ее было, а то унесли бы мигом.

— Да что там особо ценного-то? — махнула рукой старушка. — Проходи, Аннушка. Теперь тебе придется мне помочь их развесить. Минуту назад работники-то отъехали.

Аня переступила ворота и осмотрелась. Тут была такая ухоженность, что неудобно становилось. Она, конечно же, слышала, что всю эту красоту баб Нюре обеспечивают дети. Сама старушка не желает переезжать, пока силы есть. Роскошный сад с уютными беседками и чугунными скамейками, ножки которых выполнены в виде мифических существ.

Бабушка повела молодую женщину вглубь своего двора. Аня услышала негромкое журчание воды, словно ручеек горный рядом и остановилась.

— Что такое? — насторожилась и старушка.

— Ничего, — немного смутилась Аня, — показалось, будто что-то журчит.

— Так и не показалось.

Рассмеялась хозяйка дома. Она повернула направо и поманила девушку за собой. Аня прижала коробку к боку и свободной рукой отодвигала наклоненные ветки жимолости, гортензии, при этом чуть не оцарапала щиколотку о колючки японской айвы.

Старушка провела ее короткой ровной дорожкой, по краям которой шестью большими буграми, по три с каждой стороны, росли огромные кусты лаванды. Каждая из женщин не удержалась и отщипнула с верхушки кусочек. Аня растерла между пальцами листик и вдохнула запах растения. Не сказать, чтобы ей очень нравилось, как пахнет лаванда, но, несомненно, это интересное и красивое растение.

Изумление вызвала, представшая на пути, ротонда. Колонны ее были выкрашены неопределенным цветом: он одновременно казался и бежевым, и розовым. Всю поверхность колонн украшали лепные вьющиеся листья винограда.

Аня как завороженная с раскрытым ртом вошла вовнутрь и покрутилась, задрав голову. С потолка свисала на длинной цепочке кованая лампа, а мягкие сиденья так и манили к себе.

Внизу раскинулись кусты вереска и дурмана. Вокруг просвета беседки аркой была уложена плетущаяся красная роза. Ее яркие цветки уже распустились и кровавыми букетами свисали вниз, источая тонкий вкусный аромат.