Книга Хирургическое вмешательство, страница 7 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Что, Аннушка, вся в заботах? Некогда и о себе подумать. Вон, вся растрёпанная уже на остановку выскакиваешь.

Аня быстро глянула на стоящую рядом соседку и продолжила перебирать в сумочке все ее содержимое. Из-за поворота в клубах дорожной пыли появился пазик. Девушка облегченно выдохнула, когда телефон обнаружился на самом дне. Быстро застегнула молнию сумочки, в кармане нащупала приготовленную наличность за проезд и только после этого спокойно ответила.

— И Вам не хворать, теть Маш. Это образ такой. Теперь все ходят удобно и свободно, а обо мне Вы не переживайте, я о себе никогда не забывала. Вот, еду на водительскую практику. Скоро права получать буду. Муж машину осенью купит на день рождения.

Тетя Маша сморщила лоб и неопределенным взглядом прогулялась снова по всей фигуре Анны. По ее глазам невозможно было понять равнодушный у нее взгляд или завистливый, только Ане было абсолютно наплевать и на ее взгляд, и мысли. Она своих соседей знала еще с детства.

Село небольшое, и все практически друг друга знают. Смысл жизни подавляющего большинства его обитателей заключался в том, чтобы за спиной обсудить всех тех, кого в данный момент нет рядом. И не беда, что все тут же разбредутся и начнут в красках передавать новости тем, кого обсуждали, кто и что о них рассказал. Никто в итоге не оставался без должного внимания. Аня — это явление про себя называла — деградацией вследствие слабоумия на почве необразованности. Ее же за спиной называли гордячкой и зазнайкой, потому что она принадлежала к тому меньшинству, кому абсолютно было не о чем сплетничать, да и некогда было этим заниматься.

Пазик с шипением распахнул двери, обдав своих будущих пассажиров клубами пыли и, словно выдохнув от усталости, заглох. Аня проворно заскочила в салон и прошла до самого конца.

Народа сегодня на удивление было мало. До Новолабинской проходящий автобус ходил каждые два часа. Эта станица располагалась в тридцати километрах от Марьино и в стократ была прогрессивнее обустроена. Там были две школы общеобразовательные, филиал школы искусств, огромный отделанный гранитом дом культуры. И самое главное в Новолабинской один раз в год набиралась группа для прохождения обучения на водительские права.

Двери с шипением и скрипом захлопнулись. Пазик тряхнуло так, что из всех щелей старой уставшей машины туманом выползла пыль и осела на пассажирах. Водитель, еще не старый мужчина, с сильно опухшим лицом обругал свою «Ласточку» крепким словцом, чем-то загремел под приборной панелью и пазик ожил, затарахтели механизмы, и все с облегчением выдохнули.

— Всем привет.

Аня подошла к трем своим одногруппникам. Те приветственно помахали ей руками. Это была пестрая компания, состоящая из очень худой совсем молоденькой девчушки. У нее были длинные черные волосы, которые она никогда никак не заплетала и крупные круглые выразительные глаза. Вначале она очень настораживала Аню. Первое впечатление оказалось неприятным. Ане девушка показалась надменной и холодной. Так иногда бывает, когда человек робеет перед красивым, уверенным в себе незнакомцем. Но стоит немного пообщаться и становится ясно, что новый приятель очень даже миленький и компанейский.

Вторая женщина — полная противоположность Юльке. В прямом смысле крупная фигура. Ей было около пятидесяти или чуть больше. Очень высокая, грудастая, с гордо вздернутой коротко стриженой головой. Когда девушки между собой разговаривали и смеялись, Саша чаще помалкивала и снисходительно посматривала на молодежь.