Книга Хирургическое вмешательство, страница 70 – Серена Никки, Наталья Косарокова

Шурка на секунду отвлекся на братьев и тут же снова повернулся к матери.

— Ну, дай мне папку!

— Сейчас, — ответила Аня, — уже набираю.

Она нажала на вызов и отдала телефон Шурику.

— Чего надо? — раздалось на том конце, — уже соскучилась, мать?

— Пап?! Па! — затараторил мгновенно Шурка, — ты как же так без меня-то на рыбалку уехал? Ты же обещал. А мне не говорил, что собираешься.

— А, Шурик, — голос Павла сразу поменялся, — привет, сынок. Не обижайся, пожалуйста. Просто тут все дяди взрослые, и мы ходим далеко от берега. Для тебя это очень опасно. Вот, когда в следующий раз мы поедем на берегу рыбачить в ночное, тогда только и смогу тебя взять. А на эту рыбалку для взрослых мамка твоя тебя не отпустила ну никак.

— А ты просил!? — допытывался Шурка.

— Конечно, просил, — нагло врал ребенку Павел.

Аня сидела с открытым ртом, и ей нестерпимо хотелось вырвать телефон из рук Шарика.

— Сильно — сильно просил?

— Сильно-сильно, но как видишь. Характер у твоей мамки не сахар. Она у нас во какая! Всех в кулак как зажмет.

Шурка метал молнии глазами на мать, поджимал губки и сердился. Павел быстро сослался на сильную занятость и отключился. Шурка стоял растерянный, Аня была обескуражена не меньше. Она ужасно злилась на себя, за то, что набрала Павлу. И он как обычно сумел даже издалека снова выставить ее злой ведьмой. Теперь ребенок будет думать, что это она во всем виновата.

Да, Павел полон талантов. Только таланты эти неполезные и часто вредят именно самым близким ему людям. Аня вечно попадалась на его уловки. Выкрутился же, гад, как уж на сковородке и обставит все так, что она опять во всем корень зла.

— Да он просто в очередной раз бросил нас.

Федор сидел на ступенях и все слышал.

— Неправда?! — вспылил мгновенно Шурка, — брехло ты Федька!

— Шурка! — повысила голос Анна.

— Он трус и слабак, — смотрел в упор на брата Федя и говорил уверенно, — мы ему не нужны! И он нам не нужен! И хорошо, что он уехал. Не будет маму обижать.

— Неправда! — сжал ручки в кулачки и что есть мочи крикнул Шурик, — дурак ты, Федька!

— Шурка, — снова сказала Аня, — прекрати. Нельзя говорить плохие слова на брата.

— Сам ты дурак, — парировал Федор, — и не лечишься.

— Федя, — одернула сына Аня.

Громкие голоса испугали почти уснувшего Макара. Он дернулся и тут же расплакался.

— Ну вот, смотрите, что мы наделали, — упрекнула Аня всех и себя в том числе, — не уважаете себя, хотя бы Макара не пугали.

Она взяла его на руки и стала успокаивать. Федя и Шурик виновато переглядывались. Они притихли и теперь сидели оба рядом на одной ступеньке и ждали, когда мама успокоит Макарона.

— Мам, — неожиданно сзади дернул за подол Джеджик, — у меня тлисётка свамалась. Вот, поматли.

Он поводил по асфальту палкой. Утка открывала клюв и трепетала крылышками, но при этом скрипучих звуков больше не издавала. Аня облегченно выдохнула.

— Слава богу, — закатила она глаза, — наконец-то.

А громко ответила.

— Сынок, смотри, Макарка плачет. Ты поставь палку в угол, а завтра дедушка придет и посмотрит, может ее можно починить. Хорошо?

Джеджик подумал и согласился. Он развернулся и пошел в сторону гаража.

— Я в галаж пофтавлю. Она же на колесах, значит мафына.

Джеджик больше всего на свете любил транспорт. И в его возрасте все, что было на колесах, это были его любимые игрушки. А значит, их место должно быть в гараже. Уже сейчас он проявлял невероятную аккуратность во всем, особенно в том, что касается транспорта. Павел гордился своим сыном и говорил, что из него выйдет толковый механик.