Книга Метод Чарли, страница 35 – Эль Кеннеди

Я бросаю на Уилла строгий взгляд.

— Это твой первый тест.

— В чём меня тестируют?

— В том, насколько хорошо ты следуешь инструкциям. И любишь ли ты мои шутки.

— Любить твои шутки — это требование?

— Чтобы быть хорошим напарником по лабораторным, да.

Мы организуем наши материалы и изучаем эксперимент. Первым делом нужно подготовить полимерный раствор, необходимый для создания каркаса.

— Хочешь взять на себя руководство? — предлагаю я.

Он сужает глаза.

— Это ещё один тест?

— Очевидно. Не облажайся.

— Но без давления, да?

Ухмыляясь, он заливает раствор в формы для каркаса, которые будут помещены в контролируемую среду, где они затвердеют и сформируют каркас.

— Эй, Уилл, — говорю я, наблюдая, как он заливает. У него твёрдая рука. Мне это нравится. — Как биологи назвали своего сына?

— Не знаю, как?

— Ген! — Я не могу сдержать смех.

Он стонет, но, когда поднимает взгляд, я не упускаю улыбку, которая появилась на его лице.

— Это было ужасно.

— Ты заключил формальное соглашение любить мои шутки, — напоминаю я ему.

— Я предлагаю изменить формулировку «любить» на «терпеть».

— Предложение отклонено.

Он возвращается к концентрации на поставленной задаче. Когда я слышу, как мой телефон жужжит в сумке, во мне вспыхивает надежда. Я знала, что получу от него сообщение сегодня.

Заметив, что Уилл всё контролирует, я достаю телефон и проверяю уведомление.

Мой энтузиазм улетучивается.

Это не от BioRoots.

Снова разочарование пронзает меня, но оно не такое сокрушительное, как раньше, потому что уведомление — это то, которого я тоже ждала. Сообщение от одной половины моего бутерброда из прессов. Я думаю об этом чате так часто, что это начинает становиться неловко.

LARS & B: Напиши нам сегодня вечером, если будешь поблизости — B

Моё сердце делает крошечное сальто. Я до сих пор говорила только с B, который сказал мне, что он блондин в серых спортивных штанах. Что кажется совершенно неправильным, потому что Ларс больше подходит под образ блондина с его шведским именем.

С другой стороны, кто сказал, что у B нет тоже шведского имени? Ооо! Например, Бьорн.

Я имею в виду, если это не его имя, то теперь оно такое.

Я засовываю телефон обратно в сумку, на моих губах играет лёгкая улыбка. Затем я смотрю на Уилла и вижу, что он смотрит на меня.

— Кто это был? — Он приподнимает бровь.

— Никто. Просто друг.

— Просто друг, из-за которого ты так улыбаешься?

Я чувствую, как румянец ползёт по моим щекам.

— Заткнись.

— Парень? — гадает он.

— Нет.

— Ты краснеешь.

— Нет, не краснею.

— Твоё лицо ярко-красное.

— Какая разница. Вернись к нашим каркасам, или я попрошу работать с Джорджем снова.

Он смеётся.

— Ладно, я замолкаю.

Мы возвращаемся к работе. Некоторое время тихо, пока Уилл не нарушает молчание.

— Так… если растение в депрессии, как ты думаешь, его другие листья ему фотосинтезируют? — спрашивает он с невозмутимым лицом.

Я стону.

— О боже. Это было ужасно.

— Эй, просто пытаюсь не отставать от королевы.

После занятия мы выходим из лаборатории в обычный гул голосов, заполняющий коридор. Мы не сможем посеять клетки до завтра, так как процесс изготовления каркаса, который мы используем, занимает до дня, чтобы растворитель испарился и всё затвердело.

Когда мы выходим из здания, мы договариваемся, что Уилл зайдёт утром проверить каркас. На улице ветрено, и ветер позднего вечера заползает под мои волосы и хлещет ими по лицу.