Книга Преступная связь, страница 26 – Марина Серова

Женщина растерянно кивнула.

— Вы сказали, что Елизаветы Витальевны сейчас нет дома. Так? – спросила я.

— Да, – снова кивнула Альбина.

— Ладно, тогда мы с Виталием побеседуем с вами. Где мы можем поговорить? – поинтересовалась я.

— Ну… можно в гостиной, – немного поколебавшись, ответила женщина и пригласила: – Проходите, пожалуйста.

Обстановка гостиной оказалась еще более богатой и изысканной, чем в холле. Большая комната была наполнена светом, который проникал через «французские» – от пола до потолка – окна. В центре гостиной стоял широкий диван, обтянутый черной кожей, перед ним – стеклянный кофейный столик. По обе стороны от дивана находились два кожаных кресла, тоже черного цвета. Пол был устлан шерстяным ковром с длинным ворсом бежевого цвета. В углу я заметила две напольные вазы антикварного вида.

— Располагайтесь, – предложила Альбина, показав на кресла.

Я села в одно из кресел, Виталий устроился на диване, а горничная присела на стул, стоявший у одного из кресел.

— Альбина, скажите, а кроме вас в коттедже кто-нибудь еще есть? – спросила я и уточнила: – Я имею в виду, из прислуги.

— Нет, сейчас в доме только я одна, – ответила Альбина.

— А кто еще работает у Скорострельниковых? – задала я следующий вопрос.

— Еще повариха Нина Петровна, Олег, это охранник, ну и Валерий Павлович, он занимается садом. Но все они уже здесь не работают, – сказала Альбина.

— Вот как? А почему? Их уволила Елизавета Витальевна? Или они сами уволились? – спросила я.

— Елизавета Витальевна всех рассчитала, – ответила горничная.

— А вас? Вас Елизавета Витальевна оставила? – спросила я.

— Да, оставила. Я ее упросила, – тихо сказала Альбина и добавила: – Мне просто идти некуда. Я ведь приехала сюда из Петровска. У меня там живут тетя и дядя. Мы все вместе жили, а потом к ним переехали их дети с внуками, и мне не нашлось места. Я вот сюда, в Вознесенск, перебралась. Елизавета Витальевна разрешила жить у нее в гостевом домике, – сказала горничная. – А теперь я даже и не знаю, куда мне податься, ведь хозяйка оставила меня только на время, потом все равно придется куда-то идти. Только вот куда?

Женщина смахнула слезы тыльной стороной правой руки.

— Альбина, а сколько времени вы уже служите горничной у Скорострельниковых? – задала я новый вопрос.

— Два с половиной года, – ответила женщина.

— И как вам работалось в этой семье? – задала я следующий вопрос.

— Да вроде бы нормально.

Альбина как-то неопределенно пожала плечами.

— Бывают хозяева и похуже, я так слышала, – продолжила горничная. – Ну а в этой семье как будто бы все спокойно.

— То есть Александр Тимофеевич и Елизавета Витальевна спокойно обсуждали детали своего будущего развода? Вы это хотели сказать? – спросила я.

— Но я… почему вы спросили… о разводе? – через силу, запинаясь и заикаясь, спросила Альбина.

А действительно, почему я вдруг так, в лоб, задала этот вопрос горничной? Возможно, потому, что еще по дороге в коттедж Скорострельниковых я моделировала ситуации, которые могли иметь место в супружеской жизни этой четы. И я подумала, что вряд ли их семейная жизнь была безоблачной. Так мне подсказывала моя интуиция, а она еще ни разу меня не подводила.

Горничная между тем сначала побледнела, а потом ее лицо пошло красными пятнами. И я поняла, что угадала насчет того, что разговоры о разводе между супругами Скорострельниковыми в этом доме были. Вот только почему так перепугалась горничная Альбина? Может быть, она опасалась, что, ответив на мой вопрос правдиво, она может вызвать гнев Елизаветы Скорострельниковой и лишиться места в этом доме? Ведь, по ее словам, жить ей негде, а этот дом, возможно, единственное ее пристанище.