Книга Преступная связь, страница 36 – Марина Серова

— И вы считаете, что это – не просто деловые отношения, а нечто большее? – уточнила я.

— Вот именно! – воскликнула Бурмистрова. – Я не хочу сказать, что Лиза изменяла Александру. Но, с другой стороны, если у Александра были любовницы, то почему бы и Лизе не найти того, кто будет ее ценить? А что касается Иллариона, то он просто… ну, не могу назвать его тряпкой. Это было бы уж чересчур. Но считаю, что ему не нужно было так легко отдавать Лизу Александру. Он вполне мог бы и побороться за свою школьную любовь. Если он, конечно, по-настоящему ее любил.

«Вот так характеристики выдала Регина всем участникам этой истории, – подумала я. – Как говорится, всем сестрам по серьгам. Досталось даже Иллариону Новостроевскому».

— А можете ли вы сказать, что Елизавета Витальевна отличается… ну, меркантильностью, что ли? Ведь она предпочла Новостроевского более успешному Скорострельникову, не так ли? – спросила я.

— Ну начнем с того, что у них у обоих примерно одинаковые по размерам состояния. Другое дело, что Александр достиг больших высот в предпринимательстве, чем Илларион. Да, Александр изначально обладал очень приличным стартовым капиталом, чего нельзя сказать про Иллариона. Не исключено, что это обстоятельство было решающим, когда Лиза выбирала из них двоих. Поэтому в этом плане, наверное, можно назвать Лизу меркантильной. Правда, имело значение и то, что Александр проявил максимум настойчивости, когда завоевывал Лизу, – сказала Бурмистрова.

— Регина Николаевна, я хочу прояснить один момент. Вот вы сказали, что когда Александр Тимофеевич предложил супруге пожить раздельно, и она поняла, что у него появилась любовница, то кто это, она так и не смогла выяснить? – спросила я.

— Да, не смогла. Тут уже все мы, ее приятельницы, подключились, и все равно – облом!

Регина развела руками.

— Но как же так? Неужели они, я имею в виду Александр Тимофеевич и его дама, так нигде и не засветились? – недоуменно спросила я.

— Да, вот так вот. Эта особа ушлая оказалась. Почему-то она усиленно шифровалась. Возможно, потому, что, скорее всего, и сама была замужем, – ответила Бурмистрова.

— А не могло быть такого, что Александр Тимофеевич на самом деле не имел никого на стороне? Возможно, он просто остыл к Елизавете Витальевне. Такое тоже может быть, – предположила я.

— Ну нет! – решительно отвергла мое предположение Бурмистрова. – Ведь раньше Александр не обделял Лизу своим вниманием как мужчина. В этом плане у них все было нормально. Правда, вот детей они так и не смогли родить. Но это не беспокоило ни его, ни ее. Супружеская жизнь у них была регулярная, об этом Лиза нам не раз говорила, хотя тема эта довольно деликатная. А вот потом наступило охлаждение с его стороны. Значит, что? У Александра появилась любовница, это же элементарно.

— А вам известно, когда именно у них наступил «ледниковый период»? – спросила я.

— Дайте вспомнить. Кажется, перед Днем защитника отечества. Александр сказал, что они с приятелями собрались своей мужской компанией отметить праздник. Он пришел домой очень поздно, и объяснил это тем, что, ну, увлеклись они отмечанием и не рассчитали. Но Лиза позже выяснила, что он ей соврал, – ответила Регина.

— Понятно. А когда Елизавета Витальевна засиживалась у вас поздно вечером, Александр Тимофеевич звонил ей? Интересовался, когда она вернется домой? – продолжала я уточнять.