Книга Кто написал твою смерть [litres], страница 113 – Алекс Павези

Струйка крови окрасила дорожное покрытие в красный.

Яника объясняет все

Анатоль не вернулся после того, как ответил на звонок; вместо этого он отправился в столовую, уселся перед пишущей машинкой и несколько минут что-то печатал; а потом засел в своем кабриолете у дома с бутылкой шампанского. Остальные друзья все это время оставались в гостиной.

— Не думаю, что он вернется, – сказала Фиби. – Интересно, кто это звонил.

Дин свернул журнал в трубочку и крепко держал с обоих концов: запертый в клетке растерянности, он вцепился в ее прутья.

— Я все-таки не понимаю, – сказал он. – Что случилось с историями, которые написали мы? И кто достался Анатолю, когда мы вытягивали имена? Он не мог вытянуть три бумажки.

— Ваши истории у меня, – сказала Яника. – А имена ничего не значили. Это был просто трюк. Он показал вам два бокала, которые подготовил заранее. В бокале с жертвами было шесть бумажек. На трех было мое имя и на трех – Марсина. В бокале с убийцами тоже было шесть. На трех из них был Анатоль и на трех – Фиби, чтобы никому не достались одинаковые имена. Анатоль, видимо, выбрал Фиби и меня. В историях, которые он написал заранее, в качестве убийц были Майя, Марсин и Дин, а в качестве жертв – Дин, Майя и Фиби. Так что никаких пересечений. Он мог спокойно прочесть вчера вечером те три истории: никто бы не понял, что он сделал.

До сих пор не разобравшийся Дин замотал головой.

— Но как он собирался читать оставшиеся три? Те, что написали мы? Какие-то имена должны были дублироваться.

— Четыре, – поправила Яника. – Пять – если бы я решила написать свою.

— Извиняюсь, четыре. Или пять. Кому-то из нас пришлось бы умереть больше одного раза.

— Он вообще не собирался читать ваши истории, – с печальной иронией ответила Яника, – потому что я вообще не должна была приехать. И не должна была написать свою историю. Это стало бы поводом не читать остальные. Поэтому он и бросил меня торчать на станции. И поэтому телефон всю ночь был отключен. Если бы я не приехала, игра бы так и не завершилась. Мое отсутствие было своеобразным сопутствующим ущербом.

Дин постучал по стопке страниц своим импровизированным жезлом.

— Но что, если бы мы рассказали друг другу, у кого какие имена? Тогда бы весь план развалился.

— Это против правил, – сказала Фиби.

— Почему бы нам не прочесть остальные истории? – предложила Майя. – Те, что мы сами написали. Скоротаем время до возвращения Анатоля. Немного бессмысленного насилия – это именно то, что нам сейчас нужно.

Дин вздохнул и покачал головой.

— Я пойду поговорю с ним.

Ночной лес

Сиденье было неудобным; в машине стоял ледяной холод. Анатоль накинул на себя пальто, как одеяло. Дверь слева от него открылась. Дин сунулся в машину, упершись коленом в пассажирское кресло. Ярко освещенный дом за его спиной возвышался над машиной, как праздничный торт.

— Как ситуация на дорогах? – спросил он. – Хочешь побыть один?

Анатоль почувствовал, как машина просела на рессорах. Он поднял пальто к подбородку и закрыл глаза.

— Ты садишься, Дин? Тут холодно.

— Вот. Возьми. – Дин ткнул Анатоля в плечо чем-то гладким. Это оказалась пластиковая фляжка. Анатоль неохотно ее взял, открутил крышку и понюхал содержимое.

— Кофе? – сказал он.

— С виски, – ответил Дин.