Книга Первый выстрел, страница 119 – Анна Васильевна Дубчак

— Но как же так?

— Да, он признался, что заплатил ей за молчание и думал, что на этом все, и что они больше никогда не увидятся. Но увиделись, ты знаешь, в ресторане. И если тогда, когда Еремеев дал ей три миллиона, она не совсем, может, и поняла, за что он дал ей эти деньги, поскольку была тогда, возможно, нетрезвой и даже предположила, что он ее с кем-то спутал, то позже, когда все уже в доме знали, что он убил свою жену, все встало на свои места. Когда же она встретила его снова, узнала его, то потребовала уже пять миллионов, угрожая ему в случае, если он не даст ей денег, сообщить о нем в полицию. Вот тогда-то и прозвучала ее фраза: «Я не шучу!»

— Ну вот тебе и мотив убийства! — воскликнула Клара.

— Да, ты права, мотив и правда железный. И его точно бы обвинили в ее убийстве, если бы не одно обстоятельство… Еремеев сейчас глубоко больной человек, и в тот день, вернее, он уже месяц как находился в больнице в тяжелом состоянии, у него большие проблемы с почками, да и не только… Его вообще не было в Москве, и свидетелей того, что он долгое время безвылазно находился в больнице, много. Все тщательнейшим образом проверили-перепроверили. И камеры в больнице — все проверили! У Еремеева на момент убийства Чумантьевой железное алиби. И с ним не поспоришь.

— Вот как, значит… — У Клары явно испортилось настроение. Она заметно помрачнела.

— Клара, что случилось?

— Получается, что ты все это время искала убийцу, приложила так много усилий, и все напрасно?

— Ничего, и такое бывает. Зато я сделала все, что могла, и Еремеева посадят за два убийства. Разве это плохой результат? Мы много чего узнали. Если бы не наши совместные с Ребровым и Борей усилия и твоя помощь, мы бы не узнали о существовании отца Ольги… Я только корю себя за то, что никому из нас не пришло в голову, что на тот момент, когда Ольга встретилась с Валентиной, она ни в чем не нуждалась. Мы, уже достаточно много о ней зная, поверили в ее очередную сказку о бедности. А ведь в то время она жила с отцом в загородном доме и была полностью обеспечена.

— Да разве нам могло прийти в голову, что она психически нездорова и что искала деньги на поездку в Америку? Женя, но что же теперь будет? Где и как искать настоящего убийцу?

— Не знаю, надо подумать. Знаешь, я так много времени потратила на это дело, вовлекла еще и Бориса… Думаю, что пора уже остановиться и вернуться в семью. Мы же с тобой все-таки не следователи, может, что-то и упустили…

— Женя… Я должна признаться тебе в том, что пригласила тебя к себе вовсе не для того, чтобы услышать подробности вашего расследования. Я не настолько любопытна… И как бы мне сейчас ни было тяжело об этом говорить, но мне кажется, что я знаю, кто убил Бэллу…

— И кто же?

— Господи, прости меня… — Клара перекрестилась, глаза ее были полны слез. — Я до последнего не хотела в это верить, но все же указывает на него… И моя уверенность в этом усилилась именно тогда, когда ты рассказала мне о том, что Бэлла была нездорова. Вот я и подумала, а что, если это она первая набросилась на Валентина, приняв его тоже за какой-нибудь призрак или еще по какой причине…

— Ты думаешь, это Валентин? — Эту версию Женя отмела с самого начала как несостоятельную. Если бы Валентин убил свою сожительницу, то зачем бы ему привлекать к этому делу своих друзей, показывать им ее труп? Мог бы просто вывезти потихоньку из дома, да и все.