Онлайн книга «Первый выстрел»
|
— Да, там написано гинеколог Зубов. — Ты представляешь себе, как много о своих пациентках может знать гинеколог? — Смутно… Он может знать о состоянии ее органов, но вряд ли она рассказывала ему о своих любовниках и называла имена. — А что, если он был, к примеру, ее другом? Хорошим знакомым? Познакомились где-то на вечеринке или в баре, он дал ей свой номер, она записала, но на приеме не была. Когда она разговаривала с ним? — Примерно неделю назад. — Вот! Тебе с ним просто необходимо встретиться! Кто там еще в списке? — Распространитель театральных билетов. — Да уж, интересно. Получается, что твоя Чумантьева увлекалась театром? — Не знаю. Но с ним она вообще не разговаривала. — Кто еще? — Официант Андрей. — С ним когда говорила? — Только один раз, тоже за неделю до убийства. — Официанты — отличные, полезные свидетели. Если хочешь, мы можем вместе поехать в то заведение, где он работает, и поговорить с ним. — И как это сделать? Позвонить ему и спросить, где он работает? — Что-то ты совсем растерялась, милая. Звонить ему буду я. Придумаю что-нибудь и договорюсь о встрече. Если твоя Чумантьева была в ресторане за неделю до убийства, и если не одна, к примеру, то можно будет увидеть, вычислить ее спутника по камерам. — Ты так уверен, что официант — лишь свидетель? Что он не может сам быть убийцей? — Ее наверняка убил человек, которого она хорошо знала, причем настолько хорошо и, возможно даже, продолжительное время, что успела испробовать на нем одну их своих мошеннических схем. И которым не дорожила, если учесть, что номера дорогих ее сердцу мужчин она все же занесла в записную книжку. Схема сработала, Чумантьева, возможно, обобрала мужчину до нитки, скрылась, он ее нашел и убил. Вот так. — Нет, это невозможно. Потому что в ателье Маковского она появилась абсолютно без денег, бедной и голодной. И околдовывала она его, если так можно выразиться, из последних своих сил. Поэтому не факт, что убийца был жертвой ее финансовых махинаций или схем. Быть может, она крепко оскорбила его, унизила. Да причин может быть много… — Или же он ее приревновал, почему бы и нет? Может, она клялась ему в любви, а потом он увидел ее с другим и убил. А может, ее убила женщина, обуреваемая жесткой ревностью, полубезумная… Хотя я, кажется, увлекся. Мы же знаем, что это был мужчина. Это же он запер Маковского в ателье, потом в театральном плаще засветился на камерах дома, да и убивал он девушку, скорее всего, в этом же черном плаще… — Знаешь, Боря, я уже и не удивлюсь, если это была женщина. Ведь человек, который вошел в ателье, был в куртке с капюшоном, скрывавшим лицо. — Тогда можно только представить себе, в каком же бешенстве она была и как долго копила в себе ярость и ненависть, пока планировала убийство, чтобы довести дело до конца и всадить в тело соперницы нож… — Да уж… Очень интересное дело. Так, а что там с похищением тела из морга? — Ребров еще не отзвонился, но, как сказала Клара, она улетела… — А я думаю, что никакого похищения не было, — уверенно произнес Борис. — Ты сказала, что Ребров вызвал ее приятелей для допроса, я правильно понял? — Ну да… — Вот просто уверен, что, когда эти мужики собрались уже после того, как с ними побеседовали, помянули Чумантьеву и решили, не дожидаясь разрешения, сами похоронить ее. |