Книга Смерть позвонит сама, страница 107 – Андрей Толоков

— Не дуй, просквозит, – тихим голосом отозвался Кривошеев. – Ты же не ждешь моего совета? Ты же уже все решил?

— Да.

— Тогда действуй. Но имей в виду, за красные флажки не заходи. Помнишь, как учили отцы-фронтовики? Порой надо отступить, чтобы не потерять все. Собраться с силами и ударить с другой стороны. Пойдешь в лоб – проиграешь.

— Я вас понял. Спасибо, что понимаете меня.

— Удачи, Станиславский. Звони по вечерам. До свидания.

Костя побрел домой пешком. Теплый южный вечер. Пустынные улицы провинциального городка. Из кустов мощным вокалом напоминали о своем присутствии то ли кузнечики, то ли цикады. Немирович в этом не разбирался. Ему нравилось громкое стрекотание. Напоминало юг, море, отпуск.

Костя шел медленно. Спать не хотелось. Еще бы, проспал несколько часов днем. Он размышлял. Пытался вспомнить все, даже малозначительные детали.

— Стоп! – сказал вслух капитан и остановился. – А почему он сказал: «Ко мне домой»? Да, он так и сказал: «Как они попали ко мне домой?»

Почему Костя сразу не придал значение этой фразе, брошенной вчера Валентином? Кольцо, о котором был разговор, нашли на даче, а не дома. Выходит, Глущенко не знал, где его спрятал? Странно. Либо это оговорка, либо… кольцо подбросили на дачу. Кто? Даниловские опера? Но откуда оно у них? Нет, чушь! Это мог быть тот, кто на самом деле убил Соловьеву. А вполне возможно, сообщник Глущенко. Вот тебе, Константин Сергеевич, и еще одна задачка.

Зайдя в свой подъезд, Немирович заглянул в почтовый ящик. Извещение с почты. Костя прочитал и понял, что это посылка от Жени Биркина. Что ж, завтра у него будут новые джинсы. Только бы подошли по размеру.

— Проститься пришел? – недружелюбно спросил Ильин, когда Немирович утром зашел в кабинет начальника.

— Нет. Дело доделать пришел.

— Гляньте! Незаменимый.

— Николай Иванович, нам не пререкаться надо, а собраться воедино и добраться до правды.

Ильин недоверчиво посмотрел на Немировича и махнул рукой. Потом достал из стола лист бумаги и, положив его на стол, сказал:

— Вот. Вера утром успела списать заключение экспертизы. Удавка та самая. А нашли ее у Валентина.

— Когда я пытался разговорить Глущенко, – не обращая внимания на настроение начальника, продолжил Константин, – то он не знал, где нашли кольцо Соловьевой. Он думал, что дома.

— Это не аргумент.

— Так давайте найдем аргументы. Или в пользу Глущенко, или против него.

— Партизанщиной предлагаешь заняться?

— Делом предлагаю заняться. Своей работой.

Ильин встал со стула и зашагал по кабинету. Костя уже знал, что эта привычка Николая Ивановича говорит о том, что шеф думает.

— Противосолонь, – остановившись, произнес Ильин.

— Что? Что вы сказали? – не понял начальника Костя.

— Бабка так моя говорила. Противосолонь – это против солнца, – пояснил Николай Иванович. – Церковная история какая-то. Но не об этом речь. Ты предлагаешь против солнца пойти?

— Хотите понимать так, понимайте.

— Какие есть мысли?

— Для начала давайте прощупаем все связи Глущенко. Чего только один Щепкин стоит.

— Это Клешня, что ли? Он давно не у дел. Но в принципе это сделать надо. И еще надо всех соседей опросить. И по квартире, и по даче. Кто видел, кого видел, когда видел.

Ильин подошел к капитану и протянул ему руку.