Книга Смерть позвонит сама, страница 114 – Андрей Толоков

Она молча прошла мимо Немировича и быстро двинулась по длинному коридору. Потом вдруг остановилась и, повернувшись, сказала:

— Надо найти его бывшую жену. Это важно.

Костя не пошел смотреть матч. Ему было не до этого. Он даже не утруждал себя размышлениями о том, что сейчас чувствует Баринова. Как она сдает партию за партией Лапшину. Как разочаровываются ее болельщики. Это Немировичу было совершенно неинтересно. Он хотел знать: убийца Лапшин или он ошибается, считая его таковым.

Витю Бауэра Костя отпустил, а сам решил дождаться в фойе дома культуры окончания финала. Лапшин стал чемпионом. Анатолий вышел в фойе, с ним несколько мужчин, довольных, восторженных. По-видимому, его друзья и болельщики. Костя заметил, как Лапшин держал в руке теннисный шарик. В другой руке у него был дерматиновый портфель.

— Толя, – положив руку на плечо Лапшину, громко сказал один из его поклонников, – это дело надо обмыть.

— Нет, ребята, – отмахнулся Лапшин. – Завтра с утра на работу. В другой раз.

Анатолий в окружении болельщиков прошел мимо Немировича. Костя не выпускал Лапшина из виду. Перед самой дверью Лапшин сунул шарик, который держал в руке, в карман брюк. Эту деталь сыщик запомнил.

Немирович, стараясь не попадаться Лапшину на глаза, проводил Анатолия до прокурорской «Волги». Водитель Регинского сел в машину, посадил с собой еще нескольких друзей и уехал.

— Все? – услышал Костя голос Бариновой сзади.

— Да нет! – ответил Константин. – Не все. Это только начало.

— А теперь, Константин Сергеевич, изложите мне все, что кроется в вашей черепной коробке. Меня убивает ощущение, что я просто так отдала чемпионство.

— Так не здесь же, Любовь Ивановна. Пойдемте хотя бы на лавочку. – Костя указал на лавку, стоящую в начале сквера. – Обещаю, выложу все.

Немирович сдержал обещание, рассказал все, что знал.

— У меня, конечно, есть возражения, – резюмировала Баринова, выслушав доводы Немировича, – но в целом убедительно. Только есть одно но – взять его сейчас не за что.

— Пока не за что. Завтра я с моими парнями возьму Лапшина в плотную опеку. И тогда посмотрим.

— Хочу тебе верить, Константин. Я, если честно, с самого начала не была уверена в том, что Глущенко виновен. Не та порода. Да и с мотивом ты был прав. Но и у Лапшина я мотива не вижу. Убийство ради убийства – это из дешевых детективов. Зачем ему убивать женщин? Синяя борода местного розлива? Попробуй меня переубедить.

— Дайте пару дней, и я во всем разберусь. Если я ошибся, буду вашим должником по гроб жизни.

Баринова хмыкнула и снисходительно посмотрела на Костю.

— Про гроб – это ты загнул, – сказала она. – До него еще далеко. Я тебе вот еще что скажу. Учти это. Лапшина я знаю несколько лет. Он пришел в прокуратуру работать еще в мою бытность. Очень аккуратный парень. Вежливый. С женщинами застенчив. Даже когда здоровается, сразу опускает глаза. Такая из себя большая скромница. В своем деле педант. Ты бы видел, в каком состоянии он содержит автомобиль.

Костя помотал головой.

— Я однажды ехала в прокурорской «Волге», – продолжила Баринова. – Регинский снизошел. Решил подвезти меня до исполкома. Дождь был на улице. Я забралась на заднее сиденье с грязными сапогами. Лапшин так на меня зыркнул! Если бы не было Регинского, Анатолий бы меня задушил. То есть гнев, в определенных ситуациях, ему присущ. Учти это.