Книга Ведьмино наследство, страница 87 – Наталья Корнилова

— Тогда чего мы вообще гадаем? - пожал плечами Гыча. - Пусть себе и лежит здесь - ее никто не тронет.

— Легко сказать. А если они сами колдуны и им эта астральная ловушка не страшна? - возразила Светка. - Умыкнут тетрадку, и останусь я на бобах.

— Что-то я не пойму, - Гыча поднял на нее удивленный взгляд, - раньше ты так не беспокоилась об этой тетради. У тебя что, появились какие-то планы? Может, поделишься? Все же мы компаньоны.

— Вы мне не компаньоны, а помощники, - отрезала она. - А план у меня один: приносить хоть какую-то пользу людям своими способностями.

— Это хорошая мысль, - Зиновий одобрительно кивнул. - Нужно помогать нищим и обездоленным вроде меня. Так что можешь смело начинать с моей многострадальной персоны. Многого я не прошу...

— А мы как же? - волнуясь, перебил его Гыча. - Мы ведь тоже нуждаемся.

— У тебя уже банк есть, так что сиди и помалкивай, - отмахнулся от него Зиновий. - И потом, ты вор, ты не заслужил.

— Думаешь, воры от хорошей жизни воруют? - начал горячиться Гыча . - Да мы, можно сказать, самые обездоленные люди на земле! Другие хоть работают, их совесть не мучит, а мы страдаем! Да я, если хотите знать, три дня заснуть не могу после того, как ограблю кого-нибудь. Думаете, легко?

— Перестаньте спорить, - подняла руку Светка. - Речь идет не о вас. Я еще сама не знаю, что и как, но не хочу, чтобы мои способности зря пропадали. У меня совести не хватит использовать их только на собственное обогащение...

— Ничего, совестью мы с тобой поделимся, - заверил ее Зиновий. - За это не переживай - у нас ее хоть отбавляй.

— Погодите вы с этим. Потом что-нибудь придумаем, сперва нужно избавиться от тех, кто за тетрадкой охотится, - сказала Светка. - Кстати, куда это Клещ запропастился? - она посмотрела на дверь, ведущую в прихожую. - Пошел переодеваться и пропал.

— Медали мои ворует, гад, - уверенно проговорил Зиновий, приглаживая волосы. - Не зря он на них сегодня так пялился.

— Схожу гляну, - Гыча поднялся. - Может, ему что толковое в голову придет.

И пошел в соседнюю квартиру за своим другом.

* * *

Лейтенант, в чьи обязанности входило немедленно доложить о случившемся вышестоящему начальству и вызвать на место преступления оперативную группу, стоял и тупо смотрел на лежащее у его ног распростертое тело одного из тех двоих парней, что увивались вокруг Светланы Гариной. Насколько он помнил, у него было странное имя - Клещ. По крайней мере, так его называли остальные члены банды. На нем был надет тот же самый костюм, в котором он присутствовал на похоронах, и только галстук несколько изменил свое положение - длинный конец его был обмотан вокруг шеи и туго затянут. Язык у бедняги свисал изо рта, широко раскрытые глаза с застывшим ужасом смотрели вверх, и лейтенанта Загоруйко не покидало ощущение, что этот человек мертв. Причем умер он скорее всего не своей смертью, а был убит, жестоко и безжалостно, задушен своими же подельниками, которые не поделили между собой добычу. Это все пронеслось в его голове в то самое мгновение, как только он увидел труп.

Срочно нужно бежать к телефону и звонить в отделение, но он не мог сдвинуться с места - все его тело охватил странный ступор, мешая пошевелить Даже пальцем. Единственное, на что он был еще способен, это как-то думать. Много раз до этого он представлял себя в подобной ситуации, когда вот так, смело и отчаянно, ворвавшись в бандитское логово, он заставал там страшную картину жутких кровавых преступлений и начинал решительно действовать, четко, по-боевому выполняя все необходимые инструкции. В мыслях все было легко и просто, он начинал тщательно исследовать место преступления, стараясь не затереть следы и отпечатки пальцев, находил улики и вещественные доказательства, составлял протокол и с чувством выполненного долга докладывал своему начальству, что преступник пойман, обезврежен и доставлен по назначению в тюрьму. Но на практике все оказалось гораздо сложнее. Он даже не мог вдохнуть полной грудью, ибо внутри что-то сжалось и не давало свободно дышать. Его здоровое, обычно всегда спокойное сердце на этот раз колотилось, как сумасшедшее, кровь неистово стучала в висках, а колени предательски подрагивали. Он прекрасно осознавал, что ведет себя крайне непрофессионально, с точки зрения настоящего детектива-криминалиста, но ничего с собой поделать не мог, точно так же, как не мог оторвать ночью свои ладони от дерева. Заколдовали, сволочи! - мелькнула здравая мысль и тут же исчезла, гонимая страхом. Он понимал, что не имеет права бояться в такой ответственный момент, но страх был сильнее его. Первый раз в жизни лейтенант Загоруйко увидел так близко настоящий труп. Нет, раньше он, конечно, тоже видел мертвых людей, но чтобы вот так задушенный кем-то человек лежал перед ним и ждал, когда же он начнет выполнять свои непосредственные обязанности, - такое случалось с ним впервые. А труп, которому уже было все равно, лежал и, казалось, насмехался над его беспомощностью, показывая синий язык.