Книга Вторжение, страница 60 – Сергей Леонтьев

— Меня уже не было, я домой уехал. Он с вахтером разговаривал.

— Ну и?

— Интересовался вашей машиной, от вас как раз пациента привезли. А когда ваша машина выехала, он за ней следом на своей поехал.

— Ты откуда знаешь?

— Вахтер у меня бдительный, мент бывший. Вышел, посмотрел. И номер машины Сергеева записал.

— Когда это было?

— Позавчера.

— Так чего же ты вчера не позвонил?

Вопрос был задан тихим, ровным голосом, но телефонная трубка в руке главного врача задрожала, ладонь стала липкой и мокрой от пота.

— Меня вчера на работе не было, – начал оправдываться Эскулап, – приболел…

— Приболел? – рявкнула трубка. – Напился опять как свинья!

На линии повисло зловещее молчание.

— Але, – робко произнес главный врач. – Але…

— Номер диктуй. Какая модель?

— Вазовская «тройка» желтого цвета.

Записав номер, Полковник нажал на клавишу селектора.

— Горняка ко мне, срочно!

Горняк вырос в двери кабинета меньше чем через полминуты. Как всегда, подтянутый, в надраенных яловых сапогах, в выглаженной и застегнутой на все пуговицы форме без знаков отличия, с аккуратно подстриженной бородкой.

— Машина, которую твои люди позавчера упустили, была третьей модели? – спросил Полковник, не предлагая вошедшему сесть.

— Так точно, двадцать один ноль три.

— Желтая?

— Возможно, темно было, номер-то едва разглядели, в двух последних цифрах сомневаются.

— Чья машина, установили?

— Сделали запрос, но нужно время, чтобы все возможные варианты пробить.

— Номер этот?

Полковник протянул бумажку с только что записанным номером.

— Очень похож, – сказал Горняк, прочитав написанное. – Могу я узнать, откуда у вас информация?

— От вахтера второй психбольницы.

Лицо Горняка оставалось невозмутимым.

— Да, было у меня чувство, что от больницы нам на хвост сели. Но, как съехали с шоссе, я специально притормозил, проверил. За нами никто не повернул.

— Значит, кто-то похитрее тебя оказался. И я даже знаю кто. Машина принадлежит врачу скорой помощи Сергееву.

На лице Горняка промелькнуло нечто похожее на неприятное удивление.

— Что? – спросил Полковник, нахмурившись.

— Я его знаю, – сказал Горняк. – Сует свой нос куда не надо. Опасный тип.

— Нос сует, согласен. К тому же хитрый. А почему опасный? – спросил Полковник.

— Он связан с контрразведкой.

Полковник помолчал, откинувшись в кресле.

— Контрразведка… Это плохо, только контрразведки нам не хватало. Надо решить вопрос.

— Я решу. Разрешите идти?

— Иди. И не затягивай.

Схему, которую Вовка нарисовал химическим карандашом в школьной тетради в клеточку, перенесли на лист ватмана. С высокой сосны, растущей на ближайшей к дому отдыха горке, территория просматривалась неплохо, но расстояние для театрального бинокля – другого у друзей не было – оказалось великоватым. И все же схема, пусть без особых деталей и подробностей, была хорошим подспорьем для предстоящей операции. К тому же благодаря Вовкиному наблюдению удалось выяснить, где содержат похищенных людей.

— Они там как будто в «Зарницу» играют, – возбужденно рассказывал Вовка, тыкая пальцем в участок схемы, который Андрей назвал полосой препятствий. – Бегают с автоматами, ползают, гранаты кидают, стреляют, только выстрелов не слышно. И гранаты не взрываются.

— Учебные, – сказал Андрей.

— Точно, учебные.