Онлайн книга «Маньяк»
|
— Нашли проявленные негативы. Эксперты не исключают, что с негативов уже делались отпечатки, но мы их не обнаружили. Возможно, Гаврилова спрятала их в другом месте. Знамин взял снимки, поочередно рассмотрел. — Улучшить качество нельзя? — Вытянули все что могли. На фотографиях не читался номер машины, лицо мужчины было смазано, видно только, что бородатый. Но бороду можно приклеить. — Не густо, — вздохнул Знамин. — Согласен, — подтвердил Шастин, — но это явно не Сергеев. Ниже ростом, эксперты утверждают, что от силы сто семьдесят пять сантиметров. Сергеев сто восемьдесят. Шире в плечах и старше. По мнению экспертов, мужчине не менее сорока. — А как установили время и место съемки? — Сняли показания с тетки Гавриловой. Та подтвердила, что племянница жила у нее, все время фотографировала. Рано утром в день убийства Сизовой что-то снимала через окно. На вопрос что, ответила — маньяка. Тетка решила тогда, что племянница, как обычно, привирает, есть у нее такая привычка. — Понятно, — кивнул головой Знамин. — Как планируете Гаврилову искать? — Стоп! — вмешался Мурашов. — Это не наше дело. Ее в Смирновске потеряли, пусть смирновские и ищут. — Что-то мне подсказывает, товарищ полковник, что эта деятельная Гаврилова скоро здесь объявится. Если уже не объявилась. — Вот когда объявится, тогда и будем думать. А пока у нас своих проблем хватает. Маньяк, если верить новой информации, на свободе. Идите, работайте. — Товарищ полковник. — Знамин поднялся, но покидать кабинет не спешил. — Сергеева надо выпускать. — Выпустим. Я уже подготовил постановление. Завтра утром выпустим. — Почему утром, не сейчас? — настаивал Знамин. — Ты поговорку про мудрое утро слышал? Посидит до утра, ничего с ним не случится. На все формальные процедуры еще часа два понадобится, как он домой будет добираться? Транспорт в это время плохо ходит. Знамину такая забота о задержанном показалась странной, но он ничего не сказал. Утром так утром. Глава 33 Советская система исполнения наказаний, в отличие от таковой в капиталистических странах, пропитана духом уважения к оступившимся гражданам. В наших тюрьмах и колониях осужденные окружены неусыпным вниманием и заботой дружного коллектива сотрудников исправительных учреждений. У нас исключены такие распространенные на Западе явления, как насилие, издевательства и принуждение к самооговору. Предшествующие открыванию тяжелой двери звуки — скрежет замка и лязганье засова — скучающими обитателями камеры воспринимались как третий звонок перед началом киносеанса. Какое-никакое, а развлечение. Вдруг новенького приведут — это самое веселое «кино». Если кого на допрос потащат — тоже волнительно, по возвращении будет что обсудить, о коварстве следаков порассуждать, опытом поделиться. Но, конечно, даже самые безнадежные сидельцы, которых надолго закрыли, втайне надеются услышать обращенное к себе: «На выход с вещами». А вдруг судьба-злодейка ухмыльнулась и менты выпустить решили. — Сергеев, на выход с вещами! — объявил вошедший конвоир. Андрей посмотрел на Угрюмого. Тот кивнул: «Я же говорил, что скоро выпустят». И снял ботинок, разглядывая подошву. Напоминал про маляву, что у Сергеева под стелькой спрятана. |