Книга Наркобарон, страница 83 – Андрей Горин

Только я его посланцев не принял. Разговаривала с ними Мурена и послала парламентёров далеко и надолго. Причём в извращённой форме. Так как она передала им мои слова, что иметь дело с подобным отребьем я не намерен. А когда гонцы, не веря своим ушам, поинтересовались, кого она имеет в виду. То она им культурно пояснила, что речь идёт об их дражайшем боссе и моё послание надобно передать ему дословно.

Возможно, кто-то посчитал бы, что нужно было действовать более дипломатично. Встретиться с Царедворцем. Обсудить. Поторговаться.

Или, скажем, привлечь в качестве посредников китайцев. Старик Бао Цзы Вэй мне, конечно, не отказал бы. А с триадами приходится считаться даже таким мамонтам, как Царедворец.

Но это означало бы, что я стал бы обязан моим китайским друзьям за услугу. А я и так был с ними повязан больше, чем мне этого хотелось.

Да и ни к чему мне это было. Потому что я собирался валить этого психованного ублюдка и специально провоцировал его на необдуманные поступки.

Такие деловые партнёры, мне точно не нужны. Поэтому я собирался покончить с ним раз и навсегда, и одновременно показать остальным криминальным боссам, что играю в другой лиге. И связываться со мной, себе дороже.

В какой-то степени я понимал самонадеянность Царедворца. За ним стояли преступные шайки половины столицы, связи в полиции и среди чиновников, огромные деньги и самое главное собственная магическая сила, которая пьянила и мешала трезво оценивать происходящее.

Он знал обо мне слишком мало. Почти ничего. Так как я появился буквально ниоткуда.

Конечно, я не был такой уж беззащитной мишенью. У меня тоже были люди, оружие, деньги и связи. Вероятно, Никола был осведомлён о ЧВК, Охранном агентстве, нашем с Мигелем Отряде и моей связи с Отрядом Стрельца и поддержке Гильдии.

Вероятно, частично был осведомлён о моей связи с китайцами, не представляя себе, насколько серьёзно мы с ними повязаны.

Чего он наверняка не знал, так это о моей тесной связи с Имперской Службой Безопасности и личных связях с графом Кропоткиным и его Великим Домом.

Но в любом случае, просто прихлопнуть меня, как он это делал с большинством неугодных, у него не получилось бы. Наши разборки наверняка переросли бы в масштабную гангстерскую войну.

Чего, при всей своей мании величия Царедворец вряд ли хотел. В этом случае возможность установить контроль за потоком наркотиков и божественной субстанции из Мира демонов становилась для него весьма далёкой и призрачной.

Я войны тоже не хотел. Но у меня было перед Царедворцем большое преимущество. Мне от него ничего не было нужно. Как, впрочем, и он сам. А старый добрый принцип решения проблем такого рода, успешно применялся веками: «Нет человека — нет проблемы» ©.

Поэтому, если Царедворец ещё только раздумывал над тем устранять меня сразу или сначала перехватить контроль над поставками товара, а потом прикончить, то я решение уже принял.

Так как моё намерено наглое поведение выбесило криминального босса, то ни о каких мирных переговорах и встрече в ресторане речь уже не шла.

Встречаться теперь предстояло в промзоне недалеко от бывшей станции метро Авиамоторная, рядом с заброшенной грузовой железнодорожной веткой.

Переговоры велись через посредников, и я настоял, чтобы с обеих сторон на встрече присутствовало по десять человек. Чем наверняка изрядно повеселил бандосов. Разумеется, они согласились на моё условие. И также само собой разумеется, что выполнять его они не собирались.