Книга Обычные люди, страница 36 – Андрей Горин

— Глянь, очнулся наш красавчик. Только что-то молчит, и глядит на нас как-то не по-доброму, — задумчиво протянул Глиста. — Ну-ка, Гиббон объясни ему, что с нами так невежливо вести себя не надо.

Один из здоровяков радостно оскалился и нанёс Владилену Васильевичу сильный удар в область печени. Мир исчез в океане всепоглощающей боли и Владилен чуть опять не рухнул в забытье. Страшная вещь, эти удары по печени, боль просто нестерпимая. Даже опытные бойцы в боях без правил, получив такой удар, застывают на секунду, а затем теряют над собой контроль. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем Владилен Васильевич вынырнул из омута болевых спазмов и попытался что-то промычать через заткнутый кляпом рот.

— Ты глянь, сука. Не хочет разговаривать с нами, не отвечает. Не уважает нас гнида, — поцокал языком Глиста, — Как ты думаешь Гиббон? Может повторить? Может он этот, как его, ну извращенцы, которые любят, когда их пиз###ят? Садомазохист, — продолжал глумиться он.

— Так это. У него же рот заткнут. Слышь Глиста, как он ответит? — недоумённо вопросил Гиббон.

— Дурак, ты Гиббон. Это была ирония.

— Чего-о— о-о?

— Ну шутка, блин такая. А, ладно. Ты всё равно не поймёшь, — сплюнул Глиста. — Ну хорошо, вынь у него кляп. Послушаем, что он скажет.

И, обращаясь к Владилену Васильевичу, предупредил:

— Только ты не кричи. Не надо. А то я тебя зарежу. Не больно. — пошутил он и сам заржал над своей шуткой. Однако, достав из кармана пиджака выкидной нож, щёлкнул лезвием и поднёс остриё ножа к глазу Владислава Васильевича. — Для начала глаз выколю, — посулил он. И шуткой в этом предупреждении уже не пахло.

Владилен почувствовал, что этот псих сам не знает, что сотворит в следующий момент. Он бы закивал головой, но остриё ножа находилось в опасной близости от глаза, и поэтому он только согласно замычал.

— Ну вот и ладушки., — неожиданно добродушным тоном проворковал Глиста, пряча выкидуху обратно в карман пиджака.

Гиббон вытащил изо рта Владилена Васильевича кляп, и тот задышал мелко и часто.

— А теперь слушай меня, — жёстко заговорил Глиста. — Ты приехал в мой город и рубишь здесь бабло, а с братвой не делишься. Так себя не ведут, это проявление неуважения. За такое наказывают. Что скажешь?

— Я не знал. Я готов заплатить. Возьмите всё, я всё отдам, только не убивайте, — залепетал Владилен Васильевич.

— Так мы уже всё забрали, что было в дипломате и твоём бумажнике. Ну кредитные карты там ещё, скажешь нам коды, мы деньги сами снимем. Но ты нам всё равно должен, а денег у тебя больше нет. Чем же, ты будешь расплачиваться? — задумчиво протянул Глиста.

— У меня дома в Москве ещё есть. Много. Я заплачу, — затараторил Владилен Васильевич. В дипломате была основательная часть выручка их команды за десять дней, около семи миллионов рублей. На картах были в основном деньги на текущие расходы и небольшой резерв, всего около миллиона рублей. — Ну и аппетиты у них, — подумал Владилен Васильевич.

— Ну, это ещё когда будет, — добродушно протянул вожак бандитов, — Но это ведь не вся ваша касса. Мы тут прихватили заодно твою бабу, знатная красотка. И этого твоего еврейчика. Но тот гад ушлым оказался, бабки хранит в ячейке в банке. Надо бы сходить в банк и забрать ваши, то есть теперь наши денежки. Ты ведь не возражаешь? — хищно уставился он на замершую жертву. — А баба твоя и хитрожопый, пока у нас в заложниках побудут. Чтобы ты не стуканул, куда не надо. Ты ведь к ментам не побежишь? — ласковым тоном обратился он к Владилену Васильевичу.