Книга Тайны Генома, страница 99 – Андрей Горин

В Париже я не задержался, и на следующий же день вылетел наконец к нашим американским друзьям. Не могу сказать, что поездка преисполнила меня радости. Ведь кроме товарищей по Братству, ждали меня там и другие смуглые и усатые друзья. Те самые друзья, которые лучшие, после Гитлера.

Время перелёта из Парижа в Нью-Йорк на Боинге составляет чуть больше 7 часов. За это время реактивная птичка преодолевает расстояние почти в 6000 тысяч километров. А летать я не люблю. Не ссу, как могли подумать некоторые. А именно, не люблю. Поэтому я летел из Парижа.

Обычные реактивные пассажирские самолёты типа Боинга летают с крейсерской скоростью около 850 километров в час. Мучиться более 7 часов, испытывая лёгкий душевный дискомфорт, не хотелось. На хер такое сомнительное удовольствие. Но к услугам состоятельных клиентов есть рейсы на Нью-Йорк, которые совершает чудо авиастроения, созданное лучшими умами Французских и Английских авиастроителей. Сверхзвуковой пассажирский лайнер Конкорд. Это птичка несколько другого класса. Полёт на ней из Парижа в Нью-Йорк составляет всего три часа. Есть, правда, одно Но. Билет стоит почти в десять раз дороже. Для большинства пассажиров дороговато. Но мне в самый раз.

Время полёта промелькнуло почти незаметно. Никаких особых впечатлений от путешествия на самолёте мечты я не испытал. Хотя, вру. При подлёте к Нью-Йорку весьма любопытно было взглянуть с высоты на один из символов Нью-Йорка и Америки. Если в России одним из знаковых творений скульпторов является «Девушка с веслом», скульптура которой стояла раньше почти во всех парках и скверах страны, то в Америке это величественная статуя Свободы. Должен честно сказать. Впечатляет!

Наконец, самолёт приземлился. Ну, здравствуй, Америка — страна возможностей! Страна гамбургеров и Кока-Колы. Буду открывать для себя Америку. Хотя я по жизни не Христофор Колумб, а скорее Юлий Цезарь и привык руководствоваться принципом: «Пришёл, увидел, победил!» ©.

Дмитрий Маслов. Китаец

Шагнув на землю страны, жители которой, считают её величайшей страной в мире, я ничего не почувствовал. Ни восторга, ни трепета, ни благоговейного восхищения. Вообще ничего. Чёрствый я, однако, человек. Ну да хрен с ней, с этой Америкой. Гораздо больше меня волновало, не прознали ли наши итальянские друзья о моём приезде и не поприветствуют ли они меня девятимиллиметровой пулей, прямо у трапа самолёта. Сам-то я был без ствола, в самолёте его не провезёшь, отчего чувствовал себя несколько неуютно.

Однако всё было тихо, и усатые злодеи не караулили меня у трапа. Так что я спокойно получил свой чемодан и вышел в зал ожидания, где толпились встречающие. Меня должны были узнать по фотографиям, это как-то надёжнее всяких паролей. Разумеется, фотографии человека, который должен меня встретить, я тоже тщательно изучил. Брюс Тернер, начальник Службы безопасности фармацевтического гиганта, бывший агент ФБР и бывший начальник одного из отделений детективного Агентства «Пинкертон».

Бывшего агента ФБР я срисовал сразу. Нет, не по чёрному костюму и чёрным очкам. Может быть, раньше он ходил как полный придурок, но сейчас он был одет в светлый неброский костюм, который сидел на его крепкой фигуре несколько мешковато. Думаю, что причиной была оперативная плечевая кобура со стволом. Мало того что мужик не заключил меня в крепкие дружеские объятия, он и не собирался ко мне подходить.