Книга Бандито, страница 38 – Андрей Горин

Сержанты прекрасно знали, кто перед ними. Капитан, был крутой мужик и входил в ближний круг начальника РОВД.

— Да вот, зашли перекусить, — неуверенно промямлил один из ментов.

— На халяву и уксус сладкий, — понятливо покивал Шаповалов.

— Да чо такого? Мы одни, что ли, так делаем. Пашешь тут, пашешь, на ночном дежурстве. Что, уже и пожрать нельзя? — проворчал более храбрый напарник сержанта. — Да и мы не на халяву, а по просьбе хозяев помогаем здесь за порядком приглядывать. Многие так делают, товарищ капитан.

— Многие, — согласился капитан. — но не все. А только те, кто в Системе. Если понимаете, о чём я говорю, то сможете и дальше здесь жрать на халяву. И даже кое-какая денежка вам перепадать будет, как и прежде. Только рулить здесь будут другие люди. Понятно излагаю?

— Понятно, — буркнул сержант, тот, который похрабрее. — разрешите идти, товарищ капитан.

— Проваливайте, — миролюбиво согласился Шаповалов и с улыбкой наблюдал, как милиционеры торопливо покидают зал ресторана.

Так что помощи Комару было ждать неоткуда. Тот, видно, и сам это смекнул. Потому что кончил пререкаться и бочком, бочком, опасливо косясь на Петю и его парней, покинул сначала кабинет, а потом и здание гостиницы.

* * *

Разумеется, глава сутенёров не смирился с крахом своего маленького предприятия и кинулся за помощью к покровителям.

Утром следующего дня он отловил возле здания РОВД участкового, на чьей территории стояла гостиница и который получал от него небольшую еженедельную мзду, и начал рассказывать о ночном наезде. Но тот заявил, что он человек маленький, и послал Комара ко всем чертям. Причина была в том, что начальник участкового уже был в курсе ситуации и его заверили, что та небольшая мзда, которую приносил участковый, будет по-прежнему поступать в его профсоюзный фонд.

Затем сутенёр отыскал Заместителя командира роты Патрульно-постовой службы, которая обслуживала район гостиницы, и в которой служили опекавшие сутенёров доблестные сержанты. Но с тем уже успел заранее переговорить капитан Шаповалов и разъяснить ему позицию руководства по данному вопросу. Поэтому страж порядка заявил Комару, что больше не намерен покрывать его преступную деятельность и что если тот не уймётся, то он определит его в КПЗ суток эдак на пятнадцать.

Взбешённый Комар, проклиная всех ментов на свете, кинулся в стан их ярых врагов. То есть рванул к местному преступному авторитету Клещу. Сейчас Комар пожалел, что находился в контрах с местными урками, и не особо рассчитывал на помощь уголовников, но деваться ему было некуда, как идти на поклон.

Однако Клещ просителя не принял, передав через помощников, что настоящие блатные с сутенёрами дел не ведут. И припомнил, что в общак Комар денег почти не платил. Так что пусть теперь сам расхлёбывает свои проблемы.

Оставалась последняя надежда на Контору. Это была сила, против которой обидчики Комара пойти не посмеют. Но и тут его ждал облом. С трудом добившись встречи с куратором, он услышал вещи весьма неприятные. Куратор нагло заявил, что он был не в курсе преступной деятельности Комара и его банды, и что его руководство не одобряет сотрудничества с явными преступниками.

Что предпринимал Комар дальше, неизвестно. Так же, как неизвестна широким слоям мировой общественности дальнейшая судьба этого сутенёра. Тем более что она не имеет никакого отношения к нашей дальнейшей истории.