Онлайн книга «Никогда с тобой»
|
— Норм, как обычно. — А у нас в универе, бать, такая жесть. Ректора же взяли. За взятничество, — рассказывает он, на что отец смеётся. — Можно подумать, никто не знал про Филимонова. Это они кого-то выше прикрывают. Министра какого-нить, сто процентов. Потому что все и давно знали, что он на лапу гребёт, — заявляет он, накладывая себе мясо. — Ну да, возможно… — отвечает брат. — Но всё равно, это жесть. Разговоры ходят не самые приятные. — Да и не наше это дело, сын. Пусть говорят. Тебе главное доучиться… — Угу, так я и так, — заявляет он, откинувшись на спинку стула. — А ты чё, Сашк… Чё там в аттестате? — словно издевается, сука. — Норм всё, сказал же, — огрызаюсь, и он посмеивается. — Ты как всегда… — Да не трогай его, Витя. Саша сейчас правда старается, — отвечает за меня отец. — Потому что хочет получить свой первый мустанг, да, Александр? Кривлю губы и приподнимаю бровь. Как же бесит их надменность. Эти вечно кичливые взгляды. Неужели я, блядь, такой же??? — Я поел, спасибо, можно мне идти заниматься? — спрашиваю с едкой усмешкой, и Витёк подливает масла: — Заниматься, — передразнивает. — Иди, — бросает отец, и я ухожу в свою комнату. Теперь, блядь, ещё завтра с этой ужинать… Нарвался, блин. Пока валяюсь на кровати, снова думаю о зубрилке. Да что ж такое то… Когда я уже усвою, что она мне вообще никто. Что за желание узнать, что она сейчас делает? Наверняка, молится или учится. Одно из двух. Что такие как она могут делать вечерами… Если подумаю о том, что она сейчас мирится с этим своим Андреем, разнесу тут что-нибудь. «То, что мы не делаем это в школе, у всех на виду, как некоторые. Не значит, что мы не делаем этого никогда». Сука. Слезаю с кровати и начинаю отжиматься. Нужно куда-то выплеснуть эту злость, иначе сорвусь. Я же совсем дурной, когда злюсь. Как морок накрывает. Безудержная ярость. На шестидесяти ложусь на пол, приклеиваясь щекой к паркету. Дышу, считаю до соточки и засыпаю прямо там, как будто у меня нет кровати… * * * Встаю утром и у меня болит всё тело. Твёрдый пол сожрал последние силы. Как же я ненавижу Доманскую. Всё из-за неё… Вообще всё. В школу собираюсь с трудом, ещё и оценки скоро будут за четверть вырисовывать, надеюсь, всё не очень плохо, иначе машину я так не дождусь… Уже скоро восемнадцать. До февраля рукой подать. Прихожу на первый урок с головной болью и вижу, что Доманская с Андреем разговаривают на первой парте. Я же обхожу и сажусь сзади. — Я вчера искала тебя. Приходила к тебе… — заявляет она, чем прям вынуждает меня напрячься. Приходила она к нему. Бегает, блин, за ним как собачонка, а он нос воротит. — Я слышал, что он говорил. Мне хватило, — мямлит малахольный. — Да он вообще не то… Это не то, Андрей. Почему ты обижаешься? Ты облил нас водой, а я просто пыталась его остановить… Он так специально сказал. Не было у нас ничего… — оправдывается она, а я уже, кажется, скриплю зубами. Хочется дать ей подзатыльник. Чтобы меня не позорила этими жалкими оправданиями. Люто бесит. — Точно не было? — Точно, Андрей, — повторяет она, пока он опускает голову. — Скажи честно… Ты заплатил за мою поездку в Питер? Я конечно рада, но… Это ведь дорого, откуда у тебя деньги… У меня на этих словах внутри чеку срывает. А эта падла просто молчит и пожимает плечами. |