Книга Дерзкие. Будешь моей, страница 56 – Катерина Пелевина

София Нечаева: «Пиши мне, как сможешь. Очень тебя прошу. И не верь никому. Он тебя любит!».

На этих словах сердце возобновляет привычную работоспособность. Не знаю, как всё ещё могу верить после всего. Но отчего-то верю. Наверное, наша связь с Глебом сильнее того, что именуют любовью. Наверное, та магия, о которой он постоянно говорит всё же существует внутри нас. Потому что я не знаю, как объяснить это нерушимое чувство слепой веры, которая буквально кричит мне «у него нет никого дороже тебя и вашего малыша». Оно кричит мне уже известным голосом: «Всегда будь со мной, ведьма. Всегда. Навсегда».

Только успеваю расслабиться и обдумать всё это, как в дверь врывается озлобленный Паша…

(Глеб)

Со 2 января я перерыл весь Питер в поисках ведьмы. И никакие стальные нервы не работают, когда речь заходит о любимом человеке. О двух любимых людях. Я чувствовал себя конченным ублюдком. Не знал, как смотреть ей в глаза…

Думал видос, который Беата ей отправила какой-то монтаж, но спецы сказали, что нет. Снято чисто и всё в таком духе.

Только вот загвоздка.

Я не верил, что у меня встал на неё.

Хоть убей, не верил.

Тут дело даже не в визуальном восприятии. Я ведь на запах ведусь. Она пахнет как жизнь. Как смысл. Она одна такая на все восемь миллиардов. Я ведьму чувствую. Руки знают её тело наизусть. Потому что когда она в них, когда в моих объятиях мы будто два демона, что сплетаются в ночи. Потому что оба неидеальные, потому что одинаковые и совершенно по уши вмазанные друг в друга.

Я не мог захотеть другую. Просто, сука, не мог.

Пока мы с Киром ездили по Питеру, как два дебила, и искали мою сбежавшую невесту, я успел передумать всякого. Но чётко для себя решил — никакой, нахуй, свадьбы. Роспись, сделка, начало батиной кончины! Он заслужил!

Я ненавижу его так, что готов стереть в порошок. Но смерть — слишком лёгкое наказание за то, что он натворил. Он должен страдать. Должен лишиться всего, что создал, должен остаться ни с чем. С голой жопой и за решеткой, где к нему будут относиться как к обычному урке. Тогда бы и мама наконец смогла понять, что он из себя представляет…Возможно бы возненавидела его… За все слёзы, что он заставил её выплакать. За то, что сотворил с нашей семьёй…

Я был больше чем уверен, что и спектакль Беаты помог организовать именно он. У этой курицы мозгов бы не хватило сделать всё самой. Опоить меня какой-то дрянью и спровоцировать на секс.

Хотя я до сих пор не понимал, как это было возможно.

Ситуацию усложнило и то, что я отключил в доме камеры сразу, как позвал ведьму жить к себе. Просто счёл это неправильным. А включать потом заново не стал.

И только в ночь с шестого на седьмое, когда моя рана вновь закровоточила у Кира дома, друг вдруг неожиданно прозрел.

— Бля…Дай ещё раз посмотреть… — он вытянул у меня телефон и уставился на экран. — А где…? След от пули где?

Вот тут до меня всё и дошло. Это был просто какой-то левый похожий на меня со спины тип. Курица ведь даже не знала о ранении, даже внимание на него не обратила. Естественно, у неё и извилин в таком количестве нет, а я пропустил этот факт на эмоциях. Оставалось одно «но». На видео точно был мой голос…Вот это было для меня загадкой. Пока ещё было… Но я собирался всё разузнать.