Книга Дерзкие. Будешь должна, страница 32 – Катерина Пелевина

— Рус! — кричит он своему оппоненту, но не рискует к нему подходить, просто сжимает кулаки, в одном из которых всё ещё мои волосы, и скалится на него, удерживая меня сзади.

— Да ладно, братишка. Чё ты злишься. Отпусти девчонку. Сейчас вырвешь ей что-нибудь, — ржёт второй, и до меня начинает медленно доходить…Вот почему они так похожи. Вот почему он не прибил его на месте…Чёрт, Катя!

— Ещё хоть одна такая выходка, — угрожает он, глядя на него, а тот вскидывает руки вверх.

— Кто-то же должен бросить тебе вызов, верно?

— Какого хрена ты в городе?! Когда успел, блядь, приехать, и почему нихуя не сказал?

— По делам. Как и всегда, — отвечает тот самый Руслан, а про меня здесь кажется уже все забыли

— Отпусти меня, Глеб, — цежу я сквозь зубы, а он тут же перехватывает меня за талию и до боли сжимает её в своей широкой руке.

— С тобой отдельный разговор, — рявкает мне озлобленно. Как будто имеет на это право.

— Отцепись от меня! — толкаю его и поправляю волосы. — Иди к своей Лейле, нахрен, а меня больше не касайся! Я разрываю соглашение. — тут же разворачиваюсь и начинаю уходить.

— Ебать она тебя строит…Горячая, ниче не скажешь, а как целуется… — слышу сзади, собираюсь наверх за сумкой, чтобы уехать. И понимаю, нутром, блин, чувствую, что они начинают драться за моей спиной. Зал верещит, кулак за кулаком братья Адовы устраивают целое цирковое представление. Поднимаюсь и хмурюсь, Соня хватает меня за руку.

— Это его старший брат.

— Я уже поняла…

Кир смотрит на меня так, словно я начала третью мировую. Кажется, этот парень считает меня исчадием Ада. Как символично…

Гляжу вниз и понимаю, что дерутся они в пол силы. Иначе бы давно убили друг друга. Два таких здоровых бугая. Но всё равно у обоих бежит кровь. У одного из носа, у другого из губы. Кулаки сбиваются. Сыплются маты. Я тут же хватаю сумку и кардиган, и начинаю уходить оттуда, спускаясь обратно вниз. Но не успеваю выйти из зала, как меня грубо хватают за запястье и тянут на себя.

— Блядь, куда ты пошла-то нахер! — возникает передо мной запыхавшийся Глеб. Из его губы сочится кровь. Рука тоже вся разбитая. А я стою напротив и мечтаю плюнуть ему прямо в лицо.

— Куда надо, туда и пошла. Даже спрашивать не стану. Иди и сосись со своей девкой! — огибаю его и пытаюсь уйти, но он не позволяет. Силой хватает и притягивает меня к себе снова, обхватив за скулы окровавленными пальцами.

— Пока ты будешь сосаться с моим братом, да? Нет уж, мне не подходит, — кидает он мне, прежде чем буквально вонзается в меня своими губами, подчиняя и паразитируя. Как чёртов Демон что поглощает всё и без остатка. Не могу сопротивляться, точнее, пытаюсь, но мне самой так хреново от происходящего, что я просто вцепляюсь в него своими пальцами и начинаю притягивать его ближе и ближе, так чтобы только не потерять это мгновение между нами, которое будто разбивает меня на тысячи осколков. Его язык такой властный. Такой хищный. А руки, что удерживают меня ползут по моему телу словно змеи и не дают отстраниться от него ни на миллиметр. Обхватываю ладонями его лицо, затылок…Зарываюсь пальцами в жесткий волос. Его щетина царапает меня, пока он хозяйничает в моём рту. Изучает, насыщается. Чётко улавливаю привкус его крови. Что это ещё за безумие, раз мне это так нравится? Подстегивает, словно мы два диких зверя и действуем на инстинктах. С ума от него схожу. Просто растекаюсь на месте, понимая, что это самый лучший поцелуй в моей жизни. Самый сумасшедший, самый невероятный, самый горячий, от которого внизу всё мокнет. От которого можно кончить на месте, если прикоснуться к себе сейчас. Висну на нём словно кукла, жадно вдыхаю его запах. Он прекращает целовать, но не отпускает. Удерживает перед собой и смотрит в глаза своим ледяным взглядом. Внутри всё переворачивается.