Книга История моей жизни, страница 95 – Люси Скоур

— Ну, лесбиянкам не нужен, — признала она.

— Мам! — со смехом сказала я. Сколько бы раз она меня ни подводила, сколькими бы способами она меня ни разочаровывала, она всегда могла меня рассмешить.

— Что? У меня есть несколько подруг-лесбиянок, и знаешь что? Они все состоят в браке, — она была убеждена, что истинная безопасность крылась в браке с богатым властным партнёром. Но я пробовала этот ваш брак и в итоге получила столько комплексов, что если когда-нибудь и пойду на настоящее первое свидание, то это должен быть психолог, специализирующийся на работе с парами.

— Я тебе присылала фотографию того, как я прошлым летом проводила свадебную церемонию Тринити и Эвианы? Я была в абсолютно изысканном белом костюме, — продолжала мама.

Только моя мать наденет белый костюм, чтобы затмить невест, чей брак она заключает.

Она ещё пять минут продолжала трещать, после чего её перебил голос на фоне.

— О, Ставрос, ты чересчур. Дорогая, мне надо идти. Ставрос только что преподнёс мне билеты в оперу и новое платье! Я пришлю тебе подробности насчёт даты и места моего бракосочетания! Ещё созвонимся, — она сбросила вызов прежде, чем я успела что-либо сказать.

Я положила телефон на дно ванны. На свете существовало не так много людей, которые были более очаровательны и более небрежно эгоистичны, чем моя мать. После общения с ней я всегда чувствовала необходимость прилечь.

Мелвин поддел меня большим мокрым носом.

— Ладно, хорошо. Давай выбираться отсюда, — сказала я, вставая на ноги.

Я уже перекинула передние лапы пса через край ванны, когда мы запутались в шторке. Материал со смачным треском оторвался от металлических крючков и приземлился на нас с Мелвином сверху, отчего пёс снова зашёлся лаем.

— Прекрати прятаться под моим полотенцем! — взвизгнула я.

— Какие-то проблемы?

Мы с Мелвином на мгновение застыли, после чего я скинула с нас шторку и обнаружила, что двое из трёх братьев Бишопов стоят на пороге.

— Не поможете? — спросила я у Кэма и Леви.

Кэмпбелл

Леви протянул руку замотанной в полотенце Хейзел, оставив меня разбираться с замызганной лающей дворнягой.

— Я передумала. Я хочу отдельные душ и ванну. Такую, к которой не придётся приставлять лестницу, — сказала Хейзел, делая всё возможное, чтобы удерживать полотенце на месте, пока она оседлала край здоровенной ванны. Я получил возможность полюбоваться длинной, увлажнённой лосьоном ногой и осознал, что Леви наверняка наслаждается тем же видом.

Одним проворным рывком я сорвал душевую шторку до конца вместе с крючками.

— Вот, — сказал я, сунув шторку Хейзел.

— Эй! — пожаловалась она.

— Я тебе новую куплю, — сказал я, забираясь в ванну, когда она оттуда выбралась.

Улыбка Леви была резкой и убийственной, и мгновенно исчезла.

Мелвин скорбно посмотрел на меня.

— Что я тебе говорил про сон в ваннах других людей?

Он сел и поднял одну гигантскую лапу.

— Ты идиот, — пожаловался я, поднимая примерно сорок килограмм мокрой псины.

Эта работа уже оказывалась гораздо большей занозой в заднице, чем я предвидел, а я предвидел много заноз в заднице.

Внизу послышался громкий стук, и Мелвин зашёлся в припадке лая.

— Я думала, у Гейджа встреча, — сказала Хейзел, заматываясь в шторку как виниловая мумия с изображением резиновых уточек.