Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 315 – Дана Дейл

— Ты забрал у меня самое дорогое, а сейчас я заберу у тебя твою жизнь.

Следом, безжалостно нажимаю на курок. Вторая пуля вошла ровно в бедро и нога Игоря подкосилась, а сам он взвыл от боли.

— Сука!!!

— Что тварь, больно тебе?! Сейчас я прекращу все твои мучения! Ты хотел чтобы сдох я?! Нет, ты сейчас сохнешь сам!

Подойдя к нему ближе, ботинком со всей силы я надавил на его солнечное сплетение, откуда уже сочилась струей кровь. Ему невыносимо больно... Эта сука стонет от ужасающей боли, моля меня о пощаде. Он столько боли причинил мне и моим близким, что даже такая смерть для него награда. Следующим выстрелом я нанес рану в районе живота. Этот ублюдок пошатнулся и упал на бетон.

— Смотри сука и чувствуй! Чувствуй всю её боль!!! Ощущай её каждой своей пока ещё живой клеткой!

Сделав несколько размашистых шагов к нему, я как господь Бог в руках которого сейчас находится его никчемная Жизнь, возвысился над ним, с презрением убивая жутким взором темных глаз мразь, которая лежала у моих ног.

— Что? Убьешь меня? Давай! Только легче тебе не станет, её уже не вернешь, все! Нет твоей Соболевской... Неееет!!

Ещё раз я увернул голову на позади меня лежавших два неподвижных тела, а затем снова развернулся к Зотову. Именно сейчас у него остаются считанные секунды перед его погибельной смертью.

— Каждая из пуль для тебя милосердие, тварь, это тебе за все то, что она пережила рядом с тобой.

Я как ненормальный опустошал магазин, простреливая тело Зотова насквозь.

— Скоро я встречусь с Соболевской, и мы всегда будем вместе... Так и так. Даже если и на том свете… А ты будешь гнить в собственных воспоминаниях о ней!

Он задыхался в собственной крови, но хрипел не прекращая. А я заново стрелял... Стрелял с такой ненавистью, даже и не ощущая тяжести оружия, напросто производил выстрел за выстрелом из пистолета ему в грудь, от таких выстрелов, в ней мгновенно образовалась дыра размером с кулак. Когда у меня закончились патроны, я нашел глазами пистолет Кира, взял его и снова принялся опустошать патронник. Когда понял, что у меня остался последний выстрел, именно он пришелся ровно между глаз Зотова, и эта мразь затихла навсегда.

— Ты всю жизнь жил как собака, и также околел псом, мразота!

Тело Игоря безжизненно замерло, теперь он уже закрыл свои глаза навсегда. Тут же с минуты на минуту появилась группа захвата и скорая. Только сейчас, когда шок от происходящего стал понемногу отступать, я снова корчась от нестерпимой боли, своими последними силами подбегаю к Ульяше и беру её на руки, медленным но уверенным шагом через ощутимую боль несу её на улицу, к карете скорой.

— Гер, что с ней? Блять! Ты ранен!

Взревел Жека, который летел уже ко мне навстречу.

— Её спаси, слышишь?! Сделай все, чтобы она жила!

Жека перехватывает Ульяну из моих рук, укладывая её на носилки.

— Гер, бегом прыгай в скорую!

— Ты меня слышал?! Её спаси!! И скажи своим, там внутри два трупа.

Сейчас, зная что она рискнула своей жизнью ради меня, я просто не мог сдерживать слезы, боль в груди нарастала за нее, за малыша. Понимал что вижу её сейчас последний раз в своей жизни. Веки медленно стали закрываться, шок окончательно исчез, тело становилось ватным, я заходился от жгучей боли. Ноги подкосились и я рухнул на холодную землю.