Книга Измена. С тобой или без тебя, страница 5 – Андромеда Васечкина

— А, понятно! — улыбнулась женщина еще шире и приветливее. — Так Кузьмины продали эту квартиру, год назад. И теперь здесь живу я, ну, и сынок, иногда ко мне наезжает в гости.

Мира покачнувшись, чуть не упала. Удар, так удар! Правда, говорят, что беда, не приходит одна.

— Как… продали? — с трудом пролепетала она, ухватившись за косяк.

— Подробностей, к сожалению, я не знаю, — с сожалением покачала головой женщина. — А вы, стало быть к ним в гости пожаловали, а адрес узнать точный не удосужились? Вот и получился такой вот конфуз.

— Да, — кивнула Мира на автомате. — Я телефон потеряла… давно не виделись, решила навестить. А у вас, случайно нет их нового номера?

Женщина с сожалением пожав плечами, ответила.

— Нет, к сожалению, да и как-то не додумалась тогда номерами обменяться, болела сильно, не до этого как-то было.

— Извините, что отняла у вас столько времени… — прошептала Мира, чувствуя, как глаза вновь начинают наполняться влагой, а рыдания от безысходности подбираются к горлу.

— Да ничего страшного, — улыбнулась женщина, и отчего-то совершенно внезапно спросила. — Может зайдете? Сейчас сын придет, все вместе поужинаем. Я утку запекаю с яблоками, и пирожки на подходе.

Но Мира, будучи в таких сильно расстроенных чувствах, словно не расслышав приглашение, развернулась и медленно побрела прочь.

В голове лихорадочно заметались мысли, как быть, куда теперь идти? Есть ли у нее еще подруги… есть, конечно же есть! Только, к сожалению, среди них нет тех, кто бы мог держать язык за зубами. Если она сейчас обратится к одной из них, то их мужьям сразу же станет об этом известно. И, по цепочке новость за час дойдет и до Славика.

— Ух, ненавижу! — слезы градом потекли из глаз, и Мира задрав голову подставила лицо под струи холодного воздуха. — Из-за него, мне даже пойти некуда! Бегу, как трусливая душонка из собственной квартиры…

Обхватив себя за плечи, она поплелась прочь от подъезда в тихую, морозную ночь.

Пройдя пару десятков метров, Мира поскользнувшись чуть не упала, каким-то чудом уцепившись за ветку акации.

Слезы слепят глаза, морозец щиплет мокрое лицо, и она уже не сдерживаясь, готова сесть прямо в ближайший сугроб и в голос зареветь. Отчаянно, жалобно, как в далеком детстве… только сейчас никто не придет и не пожалеет, не успокоит напоив сладким горячим чаем. Да в добавок, зацепившись пакетом с мандаринами за ветки все той же акации, она порвала его… сочные крупные плоды посыпались покатившись по тропинке.

Это была последняя капля. Закрыв лицо руками, Мира опустилась на снег и заплакала. Жалобные всхлипы вырывались у нее из груди, а слезы капали сквозь лихорадочно подрагивающие пальцы.

Раздался хруст снега под чьими-то тяжелыми шагами, и свет фонаря загородила чья-то тень.

— Девушка, что с вами? — раздался удивленный мужской голос именно того бархатистого оттенка, что сводит сума всех женщин, а в особенности юных дев. — Девушка! Что-то случилось?

Но Мира не была девой, и уж тем более юной, в ноябре стукнуло тридцать три года.

Вскинув голову, она встретилась лицом к лицу… с Дедом Морозом. От неожиданности притихнув, она пару раз сморгнула, чтобы слезы скатились с ресниц, не мешали смотреть. Да, действительно Дед Мороз. В роскошной красной шубе, с серебристой бородой, не поддельной, а настоящей, только не длинной, а так, обычной. Брови у деда так же были серебристыми, а щеки румяными от грима.