Книга Развод: Я и мое счастье, страница 127 – Евгения Кец

Его прикосновения, взгляды, слова...

Да и потом, я не раз ревновала Кирилла к Заре, хотя понимала, что её он ищет из-за своей оплошности, но быть всегда хотел только со мной.

Для меня это было важно.

Арина Романовна довольно нескоро вышла из ступора. А их родство с Кириллом быстро подтвердилось второй экспертизой. Женщина ещё долго выпрашивала у меня прощения, хотя я вовсе на неё не злилась. А жить она осталась с нами. Вернее, в том самом доме, где и жила, только теперь он весь принадлежал ей.

Кирилл настоял, и мы наняли домработницу. Теперь к нам приходила горничная дважды в неделю и наводила порядок.

«Беременная жена не должна напрягаться, да и матери нечего ползать с тряпкой», — вот и весь ответ Кирилла.

Но готовку Арина отвоевала, чему я очень рада. Её стряпня, в отличие от готовки приходящей женщины, просто пальчики оближешь.

Через три месяца после этого разговора Марат, мой друг, сотворил чудо и сделал мне нужную сумму. Кстати, Кирилл заинтересовался его услугами, но в эти дела я уже не лезла.

Вместе и «Гиацинтом» и «Жасмином» ко мне в фирму, которую я назвала «Ренессанс» ушли ещё несколько крупных клиентов Дамира. «СафКорп» сдала позиции на рынке, а потом, в присутствии мужа, разумеется, я сделала что хотела — купила рухнувший бизнес за гроши.

Сначала я собиралась бросить деньги Дамиру в ноги, как он мне, но я была на шестом месяце беременности и счастливо замужем, поэтому просто сложила перед бывшим стопочку банкнот и даже добавила сверху, за неудобства.

К концу года я сидела на сумках, готовая в любой момент ехать в роддом. Кирилл, ведомый своими тараканами, арендовал квартиру рядом с родильным отделением. Причём не абы каким-нибудь, а самым крутым в городе. В той квартире мы жили последний месяц перед появлением нашего малыша.

Пол мы не знали до самого конца. Ни одно УЗИ так и не показало, кого же мы ждём. Наша большая семья разделилась на два лагеря: мои родители ждали мальчика, а Алеся и Арина Романовна — девочку. Мы же с Киром — просто здорового ребёнка.

В день родов я впервые увидела супруга в панике.

«Ты должен успокаивать меня», — говорила я ему, но всё без толку.

Его плющило. Ни один врач не смог остановить его. В итоге рыжая медсестричка притащила жуткую амуницию для Кирилла, заставила его принять душ и переодеться, а потом отвела ко мне в предродовую.

Здесь под присмотром врачей, хотя, мне кажется, они больше за Кириллом присматривали, чем за мной, я провела почти двенадцать часов. Самые долгие часы в моей жизни. Я измерила шагами всю палату вдоль и поперёк. Кир ходил за мной хвостиком.

Ради забавы попрыгала на огромном мяче и надо сказать — мне понравилось. Так что прыгала я на этой ерунде очень долго, а может, мне только так казалось. В перерывах между схватками я спала, свернувшись калачиком, насколько это было возможно, а голову мне непременно надо было положить на колени мужа. Он гладил мои волосы, и это успокаивало.

Под утро, наконец, меня обрадовали новостью, что роды идут своим чередом и вот-вот мы увидим нашего малыша. Кира пытались выставить, но он упёрся. В итоге врач указал ему на единственное место, где было разрешено стоять.

Я была сильной. Мне казалось, что если я хоть немного дам слабину, Кирилла хватит удар. Я понимала, что во мне он всё равно всегда будет видеть Катю. Поэтому я старалась.