Книга Доска, страница 42 – Зоя Анишкина

— Или ты хочешь довести до того, что посыпется самое главное в твоей жизни — карьера? Ты уже многих достал со своим настроением, и не все из них знают подоплеку и готовы терпеть твое отвратительное отношение.

Смотрел на эту парочку, что словно сговорились против меня, и понимал, что они… Чертовски правы. Дело принимало слишком рисковые обороты.

— Потом поговорим, — буркнул я, не желая обсуждать с ними подробности.

В конце концов, они уже свое мнение высказали. На что парни кивнули и пошли по своим делам, а я сел за документы. Их накопилось слишком много в последнее время.

Казалось, что моя жизнь словно встала на паузу, и лишь работа как-то показывала хоть некое подобие движения. Но друзья правы, такими темпами и работа скоро станет одной из проблем, а этого я допустить не мог.

На мне слишком много ответственности. Статус одного из лучших пластических хирургов в мире — это не просто красивое нечто, что можно добавить в строку, или приписка для участия в конференциях.

Это перманентное состояние учебы, участия в научных изысканиях и работа со случаями, от которых отказались все остальные. Неудачные операции, последствия экспериментов с красотой и здоровьем, возвращение устраненного после онкологии.

Я не просто так переживал за свой достаток и статус, за свою шкуру и то, как потом сложится жизнь и карьера. Я боялся, что не смогу помочь тысячам женщин, которые нуждаются во мне и от которых отказались десятки специалистов, обрести уверенность в себе.

Пора было что-то менять. Но что? Не думал, что дело прямо в Полине. В конце концов, она просто девушка! Да, засела в моей голове, но это ненадолго.

Документов оказалось много, я разбирал их целый час, пока стайка молодых врачей — интернов не принесла очередную порцию. Они что-то весело щебетали, и я уловил знакомое имя.

Был тут у нас один самородок. Его прочили мне в ученики. Мол, он походил на меня стилем, целеустремленностью, и руки были, что надо. Я вообще не против такого, тем более, что иногда мне, правда, хотелось размножиться, чтобы помогать большему числу людей. Но разговор девушек зацепил содержанием далеко не про работу:

— Да, да! Сказал, что сегодня позовет ее на свидание. Ведь она такая крутая! И что, что у нее нет груди? Подучится и сделает. Деметрий Иванович подскажет как, ведь она была его пациенткой, пока он не отказался… Ну, Полина эта.

Грозно посмотрел на уходящих девушек, а потом скомандовал:

— А ну, стоять! Вернулись и рассказали, что там за свидания такие у моих интернов⁈

Смотрела на номер Деметрия и думала, что у меня в глазах двоится. Он что, жопой голой на телефон сел и случайно набрал мой контакт? Нажала на кнопку отключения звука и засунула телефон обратно в сумку. Не стану поддаваться на провокации!

Пошла дальше. Я решила погулять. И точка. Да, абсолютно верно и никак иначе! Я не буду сейчас… Да сколько можно звонить? Психанула! Схватила телефон, приняла вызов и пробубнила:

— Чего надо⁈

Ну, ладно. Не пробубнила, а прогудела. Признаю, что еще одним тоном слегка нахамила. Но я на взводе, и у меня плохое настроение! Но уже по следующей фразе я поняла, что не только у меня.

— А почему это, Полина Юрьевна, вы мне так отвечаете? Я вам что, мальчик на побегушках или кто?