Книга Помощница для Генерального, страница 57 – Мария Русланова

Уверен был, что управимся со всеми делами за день, а в итоге на три дня увязли в нескончаемых рабочих вопросах и планерках. Сашка только тихонько ржал, наблюдая за моими метаниями и мучительными вздохами.

Когда наконец-то со всем разобрались, он предложил остаться еще на одну ночь, а утром уже выехать в путь. Предложение вполне себе разумное, но, вопреки здравому смыслу, я только рыкнул в ответ, что какие-то четыре часа поездки не причина откладывать ее на утро.

Сашка особо и не сопротивлялся, сам по своей Вике истосковался. И он то свою зазнобу сегодня увидит и отлюбит за все дни разлуки, а мне вот что прикажете делать? Рычать и скулить в уголочке от тоски?

Пораскинув мозгами, позвонил Соне и абсолютно эгоистично сообщил, что в восемь вечера я буду ждать ее около одного из самых пафосных ресторанов нашего города Империал и что опаздывать ей нельзя. Она вообще-то мой помощник и нужна мне для выполнения своих прямых обязанностей.

Потому что именно сегодня будет проходить благотворительный ужин, на котором будет вся элита нашего города и который я вообще-то планировал прогулять, сославшись на долгую дорогу и усталость.

Уже теряю терпение, когда к входу в ресторан подъезжает такси. Мое сердце екает, как у сопливого пацана, потому что кто приехал в этом бюджетном такси с рекламными баннерами на каждой свободной поверхности машины, я не сомневаюсь.

Задняя дверца такси открывается и из нее появляется стройная ножка в туфле на высоком каблуке. А затем появляется и сама хозяйка туфельки. Наблюдаю, как изящно она захлопывает дверцу и испуганно оглядывается по сторонам.

Она еще не видит меня, а я уже сжираю ее всю своим взглядом, скользя по стройной фигурке. На Соне лаконичное черное платье в пол с разрезом по правой ножке. Волосы собраны в пучок, элегантный в своей небрежности, а выпущенный спереди слегка завитой локон придает особенный шарм своей хозяйке.

Слегка одернув платье, она поднимает голову и застывает, увидев меня на верхней ступеньке широкой лестницы с резными перилами по краям. Скрывая за подрагивающей улыбкой свое волнение, она начинает подниматься ко мне навстречу, а я, даже не пытаясь сделать это незаметно, пялюсь на стройную ножку, которая появляется из-под разреза платья при каждом шаге.

Красное? Нет, готов поспорить, что сегодня черное. И уверен, что на ней не колготки. От одного воспоминания как мои руки скользили по ее упругим ножкам, обтянутым в чулки, мне хочется наплевать на весь этот фарс, называемый благотворительным ужином, перекинуть Соню через плечо и утащить в свое логово. А там уже обстоятельно и не торопясь проверить угадал я или нет цвет ее белья. Плотоядно улыбаюсь, потому что не узнав ответ на этот вопрос я сегодня Соню не отпущу.

Когда нас разделяет последняя ступенька я протягиваю ей руку и сразу обхватываю маленькую ладошку, которую она доверчиво в нее вкладывает. Притягиваю малышку к себе и несколько секунд мы просто молча смотрим друг на друга. Меня словно укутывает в теплый и уютный кокон, потому что я вижу в ее глазах отражение всего того, что чувствую сам. Скучала. Ждала.

Сколько раз я проматывал в голове кадры той заварушки в кофейне. Сначала я знатно охренел от открывшейся мне информации. Потом взбесился на этого недалекого придурка, который возомнил, что может встать у меня на пути. Хотел тогда ему врезать хорошенько, да только стало жалко подругу Сони, кучеряшку, которая там работает. Ей бы потом пришлось его зубы по всей кофейне собирать, да пол драить.