Книга Измена. Я узнаю правду, страница 68 – Лиза Шувалова

— Ты права, что я дурочка. Урок мне на всю жизнь, что доверять слепо никому нельзя.

— Еще немного я и бы довела дело до конца. Если бы Жанка не дала заднюю.

Карина ледяным тоном произносит чудовищные слова.

Я не узнаю ее. Как я могла не заметить ее черное нутро. Непростительная ошибка, которая чуть не разрушила мою жизнь.

— Твоя злость сожрет тебя изнутри. Ты сделала хуже себе, а не мне. Живи своей жизнью, а не строй козни другим людям и будет тебе счастье.

Резко разворачиваюсь и, не желая больше слушать мерзкие признания Карины, направляюсь к подъезду.

— Стоять. Мы еще не закончили, — преграждает мне путь. — Снова из себя святую строишь. Как же достала твоя правильность.

Карина толкает меня в грудь, я делаю шаг назад. Каблук сползает со ступеньки. Едва сохраняю равновесие.

— Я доведу свою месть до конца.

Еще один удар и я, не чувствуя опоры, бросаю пакеты, машу руками.

— Нет, — из груди рвется нечеловеческий крик. — Нет.

Единственная мысль о ребенке. За спиной лестница, если я упаду, это может закончиться трагично.

Мне кажется, все происходит как в замедленной съемке, а на самом деле проходит всего секунда. Я вижу глаза Карины, пылающие яростью.

Она может протянуть руку и поймать меня, но, конечно же, она не двигается. А лишь наблюдает за моим падением.

— Нет.

И когда я теряю надежду на спасение, неожиданно чувствую крепкое объятие.

— Глеб, — это чудо, что он оказался рядом и смог меня удержать здоровой рукой. Хотя самому больно.

— Ты как? — часто дыша, спрашивает.

— Все хорошо благодаря тебе. Карина…

Она убегает, а Глеб спешит за ней.

— Ну как тебе? — подходит Глеб и обнимает меня за плечи, пока я любуюсь детской.

Тепло разливается по телу. Как же мне хорошо. Я безумно счастлива.

— Шикарно получилось, даже лучше, чем я себе представляла.

На стенах голубые обои с рисунком. На окнах уже повесили шторы. Осталось только мебель собрать.

— Второй этаж полностью готов. На первом осталось кухню сделать. Мебель и технику завтра начнут завозить, — муж нежно целует меня в шею, и кожа покрывается мурашками.

— Даже не верится, что за такой короткий срок дом почти готов.

— К появлению сына не успеем заехать, — расстроенный вздох вырывается из его груди.

— Не переживай, — прижимаюсь к моему заботливому, самому лучшему мужу. — Поживем в квартире, а потом переедем. Я уже придумала, что посажу в саду. Все распланировала.

— Моя красавица.

Мы еще раз заглядываем во все комнаты, проверяем работу. Я решила, что все стены будут светлыми. Через большие окна проникает много света. Очень тепло и уютно. Я уверена, что мы будем здесь очень счастливы.

Глеб поднимает огромную коробку и убирает ее с прохода, чтобы не мешала.

— Что ты делаешь? Врач же просил пока не нагружать руку, — я все время волнуюсь за него.

— Анют, врач давно мне разрешил работать рукой в полную силу. Не беспокойся.

Глеб успешно восстановился после операции, но у меня сердце замирает каждый раз, когда он сильно напрягает руку.

— Все нормально, — гладит мой живот, улыбается. В глазах светится счастье.

— Мне сегодня писала Жанна, благодарила.

Она сообщает нам о ходе лечения, Глебу не пишет, вся коммуникация идет через меня. Муж договорился, чтобы знакомый врач принял ее маму.

— Что она сказала? — спрашивает Глеб.