Книга Накануне измены, страница 23 – Анна Томченко

Сытый муж немного выдохнувший, уже не был настроен на то, чтобы придушить меня прям сейчас.

Он уколол меня холодным злым взглядом и все-таки медленно кивнул.

Я загремела чашками, скрывая ехидную улыбку, разлила чай, поставила печенье в центр стола, открыла варенье.

— С чем сегодня?

— Мята и пустырник, — мягко сказала я и придвинула к Ване чашечку с сахаром. Муж качнул головой и чуть ли не залпом, обжигаясь, выпил всю кружку. Я, встав из-за стола, хрипло выдохнула:

— Ваня, я знаю, что ты очень недоволен мной, — произнесла я, опустив глаза. — И да, моё поведение вообще ни капельки меня не красит, и поступок, который я совершила он больше говорит о том, что перед тобой не взрослый человек, а маленький ребёнок. Я не должна была так поступать.

— Вот, — выдохнул Иван и со звоном поставил кружку на стол. — Ты прекрасно сама все знаешь…

— Знаю, Вань, я очень сильно раскаиваюсь. Извини меня, пожалуйста.

Муж набрал полную грудь воздуха, но так уж сложилось, что у нас был достаточно хороший брак. Ваня редко, когда повышал голос, точнее, для него это было как раз-таки из ряда невозможного, непозволительного, и поэтому, когда действительно происходили косяки с моей стороны, он всегда отмалчивался.

Когда я, только получив права, ударила машину, Ваня приехал злой, взвинченный, но он ни слова мне не сказал. И только потом, ночью, прижимая меня к себе, лежал и сетовал то, что я могла сама пострадать, я могла покалечиться, и лучше бы я пользовалась такси или когда совершенно случайно, на один из вечеров с его родственниками я забыла о том, что у свекрови аллергия на некоторые пряности, и она начала в середине вечера краснеть и чесаться, Ваня тоже ничего не сказал, просто сидел и злобно пыхтел, пока я убирала со стола, а потом признался:

— Это я виноват, я должен был проконтролировать полностью весь вечер. Твоей вины в этом нет, и мне крайне обидно, что ты могла посчитать, что как-то виновата в этой ситуации.

У нас был хороший брак.

Ваня не вёл себя как авторитарный мужлан.

Он знал, где надо давить, и знал, где надо остановиться, и даже когда он высказывал какое-то недовольство, он всегда это делал тактично, но то, что было вчера, это не лезло ни в какие рамки, и поэтому я ждала того, что муж разразится какой-то гневной тирадой, начнёт меня осуждать, но вместо этого и он ещё раз тяжело выдохнул и молча ушёл в спальню.

Пока я убирала со стола, пока я запускала посудомойку, робот пылесос, Ваня уснул. Я это увидела, зайдя в спальню. Он лежал со своей стороны кровати и прижимал к себе мою подушку. Он всегда так делал и объяснял это тем, что если я ложилась позднее, чем он, ему было тяжело уснуть, а с моей подушкой ему было намного легче, ему казалось так, как будто бы я рядом. У него вообще были достаточно большие проблемы со сном, и самый лучший сон, даже когда у него выдавалось не так много времени на отпуска, был именно тогда, когда я всегда ложилась ровно в нужное с ним время, тогда он спал крепко.

От этих воспоминаний у меня защипало в носу. Я опустила глаза и тихо закрыла дверь спальни.

Я не собиралась с ним спать в одной кровати.

Я не хотела делать себе ещё больнее, больнее от того, что вот этот человек, который не мог спать без меня решил так просто и легко предать.