Книга Обмани меня снова, страница 4 – Маргарита Климова

— Молодые люди, — притормозил рядом с ними ректор. — Я вас сейчас выведу на улицу. Тут храм науки, а не шутовская арена.

Золотая компашка заткнулась, театрально раскланялась, а как только Манасиевич свернул за угол, снова заржала, всем видом показывая, что ей насрать на правила поведения в учреждение.

— Придурки, — буркнула я, пробираясь на последнюю пару сквозь толпу вышедших.

В завершение учебного дня мы решили посидеть в студенческом кафе через дорогу. Укутавшись в пуховик и в шарф, Зойка нетерпелива сучила ногой, подгоняя мои копошения. А мне, кровь из носа, приспичило поправить реснички и подкрасить губы, прежде чем выйти на улицу. Какое-то внутреннее чутьё подрагивало за рёбрами и толкало к идиотским поступкам.

— О, девчонки, — подкатил к нам Артём с четвёртого курса, стоило выйти на крыльцо. — У нас тут сабантуйчик небольшой назревает. Приглашаю вас составить нам компанию.

— Вынуждены отказаться, — вывернулась из-под мужской руки, тяжёлым грузом взвалившейся на плечи.

— Мы согласны, — перебила меня Зойка, закивав как безмозглый болванчик и каблуком болезненно впечатав в мою ногу.

— С ума сошла, — прошипела, когда подруга потащила меня за Артёмом. — Чего на тебя нашло?

Зое не пришлось отвечать. Мне достаточно было глянуть на взволнованную Алексееву, жадно лапающую взглядом идущего впереди парня, как картинка из пазлов начала собираться в целую композицию.

Виталина

— Вит, ну чего ты как маленькая? — шевельнула ткань занавески мама, но внедриться в моё личное пространство побоялась. Был инцидент, когда я пришла в себя и осознала ущербность сделанного. А самое главное поняла, кто толкнул меня на это. — Было и было. В тот момент это оказался единственно правильным выходом.

Тогда я ещё не знала, что к ней приходил Владислав Холмогоров, отец Макара, и дал денег, чтобы всё решить «правильно». Был бы дома отец… Мама проговорилась случайно, когда я съезжала в дом к Александру. Никогда не вспоминала о позорном периоде дочери, а тут так и сказала: «Хорошо, что избавились. И денег заработали, и хвостов не оставили. Ну кому ты была бы нужна».

Я сначала не поняла про деньги, но мама так покраснела, ляпнув лишнее, что мне пришлось припереть её к стенке и «клещами» вытянуть информацию.

Можно ли обидеться на мать через восемь лет после содеянного, когда и жизнь сделала кувырок, и острота прошлого поистёрлась во времени? Я уже не видела смысла делать рожу кирпичом и раздувать щёки. Да, она воспользовалась моим апатичным состоянием, но и на цепи меня никто не вёл. Я сама избавлялась от любого напоминания о Макаре, действуя на внутреннем подсознание.

— Я просто снимаю тесное платье, — выровняла драное дыхание и как можно спокойнее ответила родительнице. — Надо взять на размер побольше. Это в груди давит.

— А. Так я сейчас принесу. Девушка! Консультант! — заголосила маман, стуча по полу каблучками.

Осторожно стягивала с себе тончайшую ткань, хотя хотелось содрать её вместе с кожей. Постаралась сделать серию глубоких вдохов, чтобы не сорваться в истерику в салоне. По-хорошему, нужно было бежать, пока ещё раздражение не достигло предельного пика. Спас меня звонок телефона, надрывающегося откуда-то из зала. Выскочила в наполовину снятом одеяние, игнорируя недовольное покачивание головой маму.