Книга Обмани меня снова, страница 72 – Маргарита Климова

— Теперь ещё стоит приземлить маму, — села рядом и похлопала его по колену. — Она прямо спелась с Мариной.

— Потому что у Марины есть мозги в отличии от тебя, — прошипела маман, вмиг оказываясь возле нас. — А ты всё чудишь, в очередной раз выставляя нас перед родственниками не в лучшем свете.

— Валь, ну чего ты накинулась на девочку, — тронула её за руку Марина, растягивая в улыбке кроваво-красные губы. В её возрасте, как мне казалось, такой цвет в утреннее и в дневное время выглядел вызывающе вульгарно. — У неё типичная предсвадебная депрессия. Сомнения, страх, дисгармония в чувствах. Ей сейчас и жених кажется неподходящим, и поспешный брак представляется ошибкой. Виточка переспит с этой мыслью и вернётся к Сашеньке. Да, дорогая?

— Виточка уже переспала с принятым решением и поняла, что сделала всё правильно, — хмыкнула, офигивая над стойкой уверенностью несостоявшейся свекрови. Оказывается, эта милая женщина знала меня лучше, чем я себя сама. — Мы с Сашей не любим друг друга, а удобство не повод жениться.

— Два года как-то прожили с удобством, — укорила меня мама, медленно качая головой, и себе под нос добавила. — Любовь мы уже проходили. Ничего хорошего из неё не вышло.

— Валентина, ты переходишь все границы, — резко одёрнул жену отец, поднимаясь и загораживая меня собой. — Извини, Марина, я отношусь к тебе со всем уважением, но моя дочь уже взрослая и состоявшаяся девушка. Так что она вправе сама принимать решения. Если Виталина сказала, что свадьбы не будет, значит нам стоит смириться и обзвонить приглашённых родственников.

— Что ты такое говоришь, Рома? — прикрыла ладонью рот маман, разыгрывая барышню восемнадцатого века. Ресницы затрепетали, глаза увлажнились, лихорадочный румянец пошёл по бледной коже пятнами. В Валентине Григорьевне Стежко умерла в своё время потрясающая актриса. — Виталина ещё несмышлёный ребёнок, который не в состояние определить, чего для неё хорошо.

— Значит так, — высунулась из-за спины отца, устав смотреть игру на публику. — Марина Константиновна, у вас замечательный сын, но не для меня. Уверена, он очень скоро найдёт себе скромную, хорошую девочку и приведёт её в дом. Я только могу пожелать ему семейное счастье и парочку детишек. Пожелать, а не стать составляющей этой прекрасной картины. Мама, я тебя очень люблю, но больше не позволю лезть в свою жизнь и руководить собой, не учитывая мои же чувства. Мне решать за кого выходить замуж, а не тебе. Хоть за чёрта лысого. И твоя задача понять, смириться и принять. А теперь попрошу покинуть территорию и не мешать мне работать.

— Ты вернёшься домой? — поинтересовался отец, пользуясь кратковременным замешательством женщин.

— Нет, — сжала его пальца и тепло улыбнулась. — Я сняла квартиру недалеко отсюда.

— Вот и правильно, дочь, — одобряюще кивнул он, легонько щипая за щёку. Как в детстве, когда я вызывала своими проделками умиление у него. — Поживёшь отдельно, чтобы мы тебе не мешали.

— Спасибо, пап, — шмыгнула носом, загоняя обратно наворачивающиеся слёзы. — Как только обустроюсь, сразу позову в гости.

— Договорились. Беги работай, а я увезу разошедшихся девчонок, пока они зависли и не спеша переваривают твою отповедь, — подтолкнул меня к офисному зданию отец и закатал рукава у рубашки. — Дамы, у вас тридцать секунд, чтобы сесть в машину. Кто не успеет — добирается до дома своим ходом.