Книга Тайны Лунного зала, страница 25 – Роман Каграманов

Они шагнули к воротам площадки. Пес, как тень, двинулся вслед. Кристина почувствовала, что он не подпускает их к дороге. Он двигался сбоку, не спеша, и перегораживал путь, стоило им ускориться. Она попыталась обойти его, но пес сделал короткий выпад, не касаясь, – и этого хватило, чтобы она остановилась.

— Он хочет, чтобы мы… – Доминик не договорил.

Пес развернулся к низкой части ограды, где сетка прогнулась, и мягко прыгнул через нее, словно показывая, как нужно поступить детям. Потом снова посмотрел на них. В этот момент небо над школой потемнело, хотя лампы светили ярче. Ветер стих. Мир будто поставили на паузу.

Кристина вспомнила, как мама однажды рассказывала сказку про проводников в лесу. Там зверь выводил заблудившихся по едва заметной тропе. Тогда это казалось добрым. Сейчас – нет. Зверь вел их не домой.

— Мы не пойдем, – сказала она и крепко взяла брата за руку.

Пес сделал шаг и открыл пасть. Они стояли, оцепенев. Потом, почти одновременно, преодолели сетку.

✦ ✦ ✦

Пес шел впереди, иногда оглядывался, чтобы убедиться, что они следуют за ним. Он привел их на тропу, ведущую к темному пролому в живой изгороди. По ту сторону было пусто. Тропинка сразу ныряла к низине, где всегда задерживалась вода после дождя. Кристина сжала пальцы Доминика сильнее и шагнула первой.

Внизу было тихо. Только капли падали с веток в лужу, и звук возвращался эхом, хотя эхом там, казалось бы, и не пахло. Пес остановился у влажного оврага, заросшего мхом и корнями, и посмотрел на детей из темноты. Они ушли слишком далеко, и городской свет недоставал досюда.

— Куда ты нас привел? – спросила Кристина осторожно.

Пес поднял голову. Из тени за его спиной появилось что-то похожее на дым. Нет, не на дым. Тень. Рядом появилась еще одна – чуть темнее. Они были живые. Они шевелились, при этом не издавали ни одного звука. Тени не касались земли, но двигались, как если бы отталкивались от нее.

Доминик застыл. Он хотел зажмуриться и не смог. Кристина подумала о том, что надо закрыть глаза брату ладонью, но рука не слушалась.

Тени приблизились. Одна остановилась перед Кристиной. Другая – перед Домиником. Пес лег, опустил голову на лапы и замер. В его янтарных глазах не было злобы. Ни жалости. Он исполнил свою работу.

— Я… – начала Кристина, и тень на ее слове слегка дрогнула, будто прислушалась. Она потянулась вперед и коснулась груди девочки, там, где билось сердце. Касание не было холодным. Кристина почувствовала легкое сжатие, потом – тянущую боль, как когда выдирают сорванный ноготь. В глазах потемнело, и одновременно все стало видно яснее: она как будто стояла рядом с собой и смотрела в сторону, где шевелились деревья.

Доминик не вскрикнул. Он просто сильно задышал носом, коротко, часто. Другая тень прикоснулась к нему. Его плечи дернулись, он сделал шаг и упал.

Пес поднялся. Из норы – или из того, что было похоже на нору, – донесся тонкий звон. В глубине, внутри, на каменном выступе стояла чаша. Серебряная, с матовым ободком. Она была полной. Там дрожал свет, похожий на лунный.

— Нам пора, – сказал поднявшийся с земли Доминик низким, несвойственным мальчику голосом.

— Не забудь забрать Чашу, – сказала ему Кристина.

Спустя несколько десятков секунд, они ушли, не оглядываясь, оставив пса отдыхать.