Книга Возмездие Байкала, страница 75 – Чингиз Абдуллаев

Он покосился на дремавшую женщину. Кажется, она тоже не совсем спит, а размышляет. Ей придется проверять последние дни Ашфорда в Москве буквально по минутам. Анализируем дальше. Работал в основном в Европе, но был пять лет в Латвии, а затем его перебросили в Ирак. Как раз после того, как американцы вошли в эту страну. Нужен был аналитик такого класса. Вышел на пенсию в две тысячи тринадцатом году. Ему было пятьдесят девять лет. Во всяком случае из официальной биографии.

Ашфорд хорошо говорил по-русски. Просто так агенты такого уровня не учат иностранный язык, тем более такой сложный. Значит, он все-таки работал если не в России, то против российских или советских спецслужб. Возможно, бывал в бывших союзных республиках. Но этого нет нигде в его биографии. Дипломат не стал бы появляться в других странах нелегалом. Тогда почему он учил русский язык? По любви к русской литературе. Так просто не бывает. Тогда почему?

Никакую информацию в Госдепартаменте не дадут. Это понятно. В ЦРУ тем более ничего не дадут. Даже по запросу ФБР. Тогда как точнее выяснить первые двадцать лет службы Эдвина Ашфорда. Его личная жизнь после возвращения с военной службы. В двадцать пять он женился. Это был семьдесят девятый год. Супруга Синди Эрнандес. Прожили вместе три года и развелись. Родилась дочь Мелисса Эрнандес. Сейчас ей уже за сорок. Работает офтальмологом в Нью-Йорке, замужем, двое сыновей. Он оставил первую жену и дочь. Еще через два года женился на Дакоте Флорес. С ней прожил двенадцать лет. С восемьдесят четвертого по девяносто шестой. Больше никогда не женился. После выхода на пенсию переехал в Миннесоту. Значит, с Дакотой он жил тогда, когда работал в Европе. Это были самые интересные годы для западных дипломатов. В восемьдесят девятом году была снесена Берлинская стена. А через год произошло объединение Германии. Тогда англичане и французы категорически возражали против объединения Германии. Боялись мощи объединенной Германии, которая дважды развязывала мировую войну. Американцы продавили решение об объединении. И более всех остальных им помогли советские лидеры. Дронго помнил о своих разговорах с бывшими сотрудниками «Штази». Они тогда открыто обвиняли Михаила Горбачева и Эдуарда Шеварднадзе в предательстве, в сдаче интересов Советского Союза и их союзников по восточному блоку. Ашфорд работает в это время в Германии. Тогда понятно, почему он изучал русский язык. Исключительная важность процессов, проходивших в Восточной Германии в девяностые годы.

Дронго закрыл глаза. Сколько людей тогда пострадали после объединения Германии. Офицеры, честно выполнявшие свой долг, оказались в тюрьмах. Некоторые стрелялись, другие умирали от сердечных приступов. Эти трагедии еще ждали своих писателей и журналистов. Но «горе побежденным». Их жизни и судьбы никого не интересовали. Многие провели в тюрьмах много лет, пока не вышли глубокими стариками. Дронго помнил, как пьяный Ельцин дирижировал оркестром в день выхода российских войск из Берлина. И помнил, как предавали Эриха Хонеккера, выдавая его западногерманским властям. Даже в ФРГ осознали, что нельзя судить тяжелобольного старика, тогда как его онкологию в последней стадии не заметили российские врачи и специалисты, депортирующие Хонеккера в другую страну. Предательство всегда выглядит мерзко, а в этом случае оно было особенно омерзительным.