Книга Измена. Ты будешь моей, страница 86 – Алиса Коршунова

Камил, ты первая, рядом с кем я задержался дольше, чем на несколько ночей. Ты была сильной и не произносила слово “любовь”. А я… Мне было хорошо наедине с тобой. Ты ничего не требовала. И я расслабился, забыл о границах, которые установил когда — то для себя… А в итоге, от чего бегал, то и получил…

— Макс, даже если жизнь пнула тебя под зад и в твоем сердце поселилась ненависть — не надо было поддаваться ей. И никогда не стоило даже пытаться ненавидеть тех, кто сделал тебе больно. Этим ты только себе хуже делаешь.

— Я сломался. Я не мог больше этого терпеть. Я так долго находился в темноте, и в тот день, когда я пришел на день рождения друга и уехал с тобой, ты снова зажгла мою жизнь. Сначала я старался держаться подальше. Но в моей голове гудела мысль о том, что мы должны быть вместе. Потом я облажался. Заставив тебя сбежать. Снова иметь семью. Я очень этого захотел. Я не мог заставить тебя поговорить еще раз, ведь ты сказала, что не хочешь продолжения. И я понимал, что мне нужно отойти в сторону. Но я должен был тебе сказать то, что не успел, — я смотрю в зеленые глаза, потирая ее предплечья, а затем снова начинаю говорить. — Мне должно быть стыдно, но я отправил тебе письмо с намерением разжалобить и заставить вернуться ко мне. Я думал, ты меня игнорируешь. Я просто подумал, что если я не смогу заполучить тебя, то у меня больше не будет ничего стоящего в жизни. Мне просто нужно было сначала вернуть тебя, и я был готов на все, чтобы сделать тебя счастливой. Что угодно. Зная, что уже облажался. Что ты, наверное, меня ненавидишь. Мне нечего было терять, и я решил рискнуть.

Я оторвался от Камиллы, чтобы увидеть ее выражение лица и понять, о чем думает. Прикусив губу, она смотрела на меня и молчала.

— Камилла, я не хочу теперь, чтобы ты жалела меня, — глухим голосом заявил я. — То, что было в моей жизни, не оправдывает меня. Я лишь хочу, чтобы ты поняла причины моего поведения. Да, я сволочь. Я знаю это. Но пойми, мои поступки диктовались не желанием получить кайф, а стремлением избежать боли, — я поцеловал ее в висок нежно, легко. — Я хочу, чтобы ты была со мной. Решать тебе.

Камилла прижалась щекой к моей груди и тихо сказала:

— Максим, мне надо подумать.

— Ты жалеешь? Обо всем, что между нами было?

— Макс, я ни о чем не жалею. Хотя бы потому, что это все равно бессмысленно. Но мне надо подумать.

— Надо, — легко согласился я. — Ты тогда думай. Только не слишком долго, ладно? — я чмокнул ее в макушку, и прижал к себе, наслаждаясь присутствием любимой женщины.

Мы посидели так какое — то время, потом Мила перебралась на диван. Я не отпускал ее далеко, обнял. Молчание стало спокойным, уютным. Я расслабился. Все высказанное словно сняло груз с моих плеч, и мне стало как — то хорошо на душе. Уже и пить не хотелось, решил только опрокинуть последнюю стопку. Потом я прилег на колени Милы, которая задумчиво разглядывала меня. А затем закрыл глаза и отключился…

Я поглаживала голову Максима. Его короткие волосы приятно щекотали мои ладони. Сидеть вот так — это чувствуется правильно. Мне хорошо на душе. И я понимаю, что жить без него больше не смогу. Он делал мне больно, как никто другой. Но, несмотря ни на что, я любила и все еще люблю его.

А как он смотрел на меня во время разговора… Меня это окончательно убедило в том, о чем я размышляла. Наши чувства никогда не были случайны. Ни одно желание и потребность не рассеялись за время нашей разлуки. Во всяком случае, это свело меня с ума.