Книга Развод. Мне теперь можно всё, страница 22 – Софа Ясенева

— Жду, когда ты уйдёшь, — спокойно отвечаю.

Достаю телефон из сумочки и открываю соцсеть. Начинаю бездумно листать ленту, ставлю лайки наугад, но на самом деле всё моё внимание приковано к нему. Толмацкий стоит чуть поодаль, сверлит меня взглядом, тяжёлым и горячим, как раскалённое железо. И, похоже, не собирается сдаваться. Что ж, я тоже.

Время тянется мучительно долго. Пять минут. Семь. Я упорно молчу, и он тоже. Эта дуэль — кто первый дрогнет.

— Лида, может, хватит? — наконец не выдерживает он. В его голосе слышится злость, смешанная с усталостью.

— Уезжай, — говорю тихо, но твёрдо. — Ты никого здесь не увидишь.

— Почему? Ты мне соврала?

Я лишь отворачиваюсь, молча, делая вид, что читаю экран.

И только спустя десять минут Толмацкий сдаётся: разворачивается, идёт к машине и резко хлопает дверцей. Его автомобиль рывком уезжает с парковки.

Я выдыхаю так, словно всё это время задерживала дыхание.

Неужели всё так просто? Он уехал? Я ещё не верю до конца. Но, выдохнув, почти бегом припускаю ко входу в больницу. Сквозняк в коридоре встречает меня запахом лимонного ароматизатора и лекарств, и я влетаю внутрь, шумно дыша, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Толмацкая Лидия, у меня запись, — выдыхаю администратору.

Через пять минут я уже сижу в кабинете гастроэнтеролога. Белый халат, строгие очки в тонкой оправе — всё это будто придавливает, и я автоматически выпрямляюсь в кресле.

— Что вас беспокоит? — Ирина Васильевна смотрит внимательно, будто сканирует меня.

— У меня пару дней назад было сильное отравление, рвота, жидкий стул, — тараторю, стараясь не упустить деталей. — После этого мучает постоянная тошнота, иногда кажется, что вот-вот вырвет. Особенно по утрам. Аппетита нет совсем, при мысли о еде становится ещё хуже… У меня уже был гастрит, и симптомы очень похожи.

— После отравления вполне может сохраняться подобная симптоматика какое-то время, — задумчиво кивает она. — Вы уверены, что это было именно отравление? Что вы ели в тот день?

— Да всё как обычно, — отвечаю, нервно теребя ремешок сумки. — Готовила сама, не доставка. Ни у кого из семьи не было ничего подобного.

— Тогда вряд ли это отравление. Гастрит возможен, — врач достаёт карту, делает пометки. — Давайте с вами сделаем на всякий случай фгдс.

Я уже готова согласиться, но вдруг она поднимает взгляд и спокойно добавляет:

— Ещё вопрос. Когда у вас были последние месячные?

— Три недели назад, — говорю растерянно. — Но они были очень скудными.

— Давайте поступим так, — врач говорит сухо. — Вы сделаете дома тест на беременность и напишете мне результат. Если отрицательный, дам направление на фгдс. Если положительный, вам нужен гинеколог, а не я.

Её слова повергают меня в шок.

— Но ведь по срокам ничего не сходится, — пытаюсь возразить. — Вряд ли это… оно.

— В моей практике бывало всякое, — пожимает плечами Ирина Васильевна. — Лучше перестраховаться.

Я выхожу из кабинета сама не своя. Стены больницы будто поплыли, шум в коридоре доносится приглушённо, как сквозь вату. Беременность? Серьёзно? Это кажется абсолютно нереальным.

Откуда? Хотя… нет, правильнее спросить: почему именно сейчас? Мы ведь никогда особо рьяно не предохранялись. Обычный прерванный половой акт и всё. Думали, что случится само, когда придёт время. И все эти годы оно «работало». Мы даже шутили, что организм сам решает за нас.