Книга Развод. Мне теперь можно всё, страница 3 – Софа Ясенева

В целом её реакция кажется мне неуместной, слишком гипертрофированной, ведь какой бы скандал ни случился, она всего лишь секретарь. Ей-то что — сместят одного ректора, появится другой. Уж кто-кто, а Марианна умеет подать себя так, что отправлять её в утиль не захотят. Но всё это ровно до тех пор, пока я не смотрю сначала на мужа, потом на блондинистую дрянь рядом с ним, а потом снова на секретаршу. Тут-то до меня доходит. У него и с ней что-то было?

Меня пронзает холодной волной — не от ревности даже, а от чувства тотального унижения. Я видела её почти каждый день, говорила с ней, смеялась. И всё это время — она тоже спала с моим мужем? Я даже не знаю, чего боюсь больше — того, что он изменил однажды... или того, что это была система.

Комната плывёт перед глазами. Я еле удерживаюсь на ногах и прохожу внутрь, сразу сдвигаюсь чуть в сторону и прислоняюсь к стене. Не хватало мне ещё упасть. Надо дышать. Стараюсь делать глубокие вдохи и медленные выдохи. Внутри всё горит — от гнева, от боли, от желания закричать. Но я молчу. Потому что если начну говорить — могу сорваться.

— Дмитрий Александрович? — дрожащим голосом зовёт Марианна.

Оба голубка на диване шевелятся и еле продирают глаза. Количество выпитого алкоголя явно превышает разумные пределы, потому что в кабинете стоит запах перегара. Я почувствовала его сразу, и от этого меня замутило с новой силой. Так что сейчас я борюсь не только с отвращением к тому, что вижу, но ещё и с подступающей тошнотой.

Как только Толмацкий осознаёт, кто он и где он, он отталкивает блондинку с себя и садится. Трёт глаза и морщится. Похмелье не щадит никого, тем более в таком возрасте. Внутренне я почти кричу: «Посмотри на меня! Протрезвей! Скажи, что это сон!» Но он даже не удивляется. Не пугается. Он просто... раздражён.

Я во все глаза рассматриваю его спутницу, пытаясь для себя понять, что в ней такого, что он решил спустить в унитаз наш счастливый почти десятилетний брак. Отмечаю, что у неё кукольные локоны, дорогой платиновый блонд, на который она ежемесячно спускает несколько десятков тысяч рублей. Хорошая фигура с чётко выраженной талией и крутыми бёдрами. Грудь полного третьего размера. Да и на лицо она не уродина, вполне себе симпатичная. И да, по возрасту она ближе к мужу, чем я, ей около сорока.

То есть информация о том, что мужчины предпочитают помоложе, в моём случае не соответствует реальности. Меня предали не ради юной, а ради эффектной. Может, мне надо было всё это время быть такой же? Ухоженной, нарочито сексуальной, вызывающей? Я даже сейчас, посреди всего этого ужаса, думаю о себе в сравнении с ней — и от этого хочется выть.

— Вы же… вы же с ней… — повторяет по кругу секретарша.

— Марианна! — рявкает он так громко, что мы все трое вздрагиваем. — Держи при себе свои умозаключения. Принеси кофе.

— Сколько? — хлопает глазами та, будто реально собирается варить его на четверых.

— Один.

— А… Ну ладно.

— Ты ещё здесь? — грозно смотрит.

Та быстро уходит, явно желая вернуться поскорее и услышать всё самое интересное из первых рук. Потом она будет звездой в местных кулуарах, ведь именно она принесёт интересную информацию, которую минимум неделю будут обсасывать со всех сторон. Сплетни такого масштаба случаются нечасто, так что они на вес золота. Марианна тщеславна настолько, что любое внимание для неё как бальзам на душу.