Книга Развод. Да пошёл ты!, страница 45 – Софа Ясенева

— Я ещё не сказала ни о чём Жене, так что ты первая об этом узнаешь…

Она ещё и Женей его зовёт. Нет, слушать такое просто выше моих сил. Раньше бы я взорвалась на месте. Но сейчас я как будто в каком-то сне, где эмоции притуплены.

Театральная пауза буквально поджигает воздух, отчего дышать становится тяжелее. Кристина нервно глотает слюну, опуская глаза. Она мнёт салфетку на столе и едва заметно качается вперёд-назад.

— Я беременна.

Бум. Взрыв, в котором меня просто разнесло в клочья. Воздух со свистом вылетает из схлопнувшихся лёгких. Мир будто застывает. Все звуки глохнут, и я слышу только своё сердцебиение.

Когда нахожу в себе силы посмотреть на Кристину, то вижу, что она усмехается. Улыбка вышла натянутой, почти болезненной, но тем не менее торжествующей. Конечно, не каждый день сообщаешь жене своего любовника, что у вас получилось сделать то, чего годами так отчаянно желала она.

— И что ты хочешь от меня сейчас? — глухим голосом спрашиваю, глядя на неё с почти физическим отвращением.

Она пожимает плечами, делает вид, что сохраняет спокойствие, но я замечаю, как дрожат её пальцы, как её взгляд всё время уходит в сторону. Эта внутренняя суета выдает в ней неуверенность.

— Отпусти его.

— Если бы я его держала... — ухмыляюсь, не веря своим ушам.

— Держишь. Если бы это было не так, я бы не просила о встрече, — она говорит это с каким-то странным вызовом, будто пытается убедить и меня, и себя.

— Не знаю, что ты там себе навыдумывала, но развод — моя инициатива. Так что Женя с потрохами твой. Забирай. — Я говорю это сухо, без эмоций, хотя внутри всё перекручивается в тугой узел.

Кристина моргает, будто не ожидала такого поворота.

— Он сказал, что развода не будет. Но тогда я не знала о ребёнке. — Она делает ударение на последнем слове, словно этим может изменить всё. — Ты должна понять, малышу нужны оба родителя. У вас всё равно ничего не вышло. Что тебе стоит поставить точку? Ты можешь уехать куда-то, начать сначала. А мне… мне сейчас нужна стабильность.

Я смотрю на неё в упор, и в груди холодеет. Она будто просит меня выйти из собственного дома и оставить ключи на полке. Потому что ей сейчас "нужнее". Как удобно, правда?

— Ты или за дуру меня держишь, или просто оборзела в край! — взрываюсь, едва удерживая себя от того, чтобы не плеснуть ей кофе в лицо. Руки дрожат, горло перехватывает от обиды и ярости, пальцы судорожно сжимаются вокруг кружки.

— Ты чего нервная такая? — Кристина делает вид, что её это не задевает, но голос её подрагивает. Она не сводит с меня взгляда, но ногти вжимает в ладони, и, кажется, одной ногой слегка постукивает по полу. — Я к тебе по-деловому пришла поговорить. Думала, ты меня поймёшь, как женщина женщину. В конце концов, если уж ты так настроена на развод, как говоришь, то тем более должна пойти мне навстречу.

— Я тебе, шлюшка, ничего не должна, запомни, — говорю тихо, но с такой злостью, что даже сама себя пугаю.

— Ах вот как ты заговорила! — в её голосе проскальзывает истеричная нотка. — Ну хорошо, давай поговорим без купюр. Но помни, ты первая это начала!

— Предпочла бы закончить эту бесполезную беседу. Думаю, ничего нового ты мне не скажешь.

Кристина хмыкает, вскидывает подбородок, как будто собирается нанести удар.