Книга Игра, разорвавшая время, страница 66 – Ольга Солнцева-Кларк

Он считал: если человек сходит с ума, мир вокруг должен меняться. Но Свирепов понимал всё слишком ясно: если он найдет клад и заберет его, то сможет уйти из этого леса. По железной дороге идут составы вглубь страны. Они — пустые. Возвращаются на Урал, в Сибирь, чтобы вновь загрузиться оружием, продовольствием для фронта.

Он должен найти клад и добраться до станции. Это — спасение. Всё остальное сразу станет неважно: построенные так быстро дома, непонятные машины, детские площадки, война и партизаны…

Надо дождаться сумерек и снова возвратиться к церкви. И к той палатке, где есть еда. Он очень хочет есть. Он плохо ел в последнее время.

И тут он услышал звуки. Голоса. Много голосов. Они перекликались. Они аукались. Они приближались.

Черт! Где его ружье? Он его точно в руке все время держал и не отпускал. Ох уж это его сумасшествие! С этой болезнью ему теперь придется как-то жить — научиться себя контролировать и ничего не забывать.

Свирепов осторожно раздвинул солому и выглянул. Ружье лежало рядом со стогом. Он протянул руку, чтобы взять его. И тут кто-то совсем рядом громко крикнул молодым мужским голосом:

— Вот он! Я нашел его!

И наступил ногой на ружье. Ботинком. Почти новым, не стоптанным. Не таким, какие сейчас были на ногах Фрола — подошвы подвязаны веревками, чтобы не потерялись.

Рядом щелкнул затвор.

— Выходи! — требование прозвучало решительно, жестко, как приказ.

Свирепов помедлил, потом медленно и неловко стал выбираться ползком из стога. Так и выбрался — на четвереньках.

Ружья уже на земле не было.

Фрол покосился в сторону ботинок незнакомца и увидел приклад своего ружья, опущенный вниз. Он хотел посмотреть на того, кто его нашел, но тут увидел, что со всех сторон — прямо как будто окружают — бегут другие люди. Мужчины, некоторые из них в форме.

«Вот и всё!» — мелькнуло в мозгу Свирепова. — Вот и смерть моя пришла. Партизаны не пощадят. Сразу к стенке поставят'.

То, что это были партизаны, он даже не сомневался.

А кто же еще?

— К палатке не пойдем, — сказал Илья. — Еда у нас с собой. Удочки — тоже. Заберемся сейчас в заросли у реки и порыбачим.

— Почему? — удивился Гоша.

Он уже понял, что его товарищ — не из трусливых. Прятаться от опасности не привык, и отсиживаться где-то из страха перед Свиреповым — не в его стиле.

— Он где-то рядом, — тихо сказал Илья. — Я не за себя переживаю, а за тебя. Этот тип ни перед чем не остановится. Может в спину выстрелить. Я вроде как защищен, а вот ты — нет… Порыбачим и подождем звонка из полиции.

Гоша не стал спорить. Илья прав. Что они могут сделать против вооруженного мужчины? Они уже сделали всё, что могли. Теперь дело за теми, кто ловит преступников.

Они нашли удобный подход к реке: узкая тропинка между камышами, влажная, но твердая земля под ногами, запах тины и нагретой солнцем воды. Вокруг — покой, но внутри у Гоши всё ещё жило беспокойство.

Они забрались в густые заросли, где берег был закрыт стеной зелени.

Илья со знанием дела нашел место, где можно было откопать наживку. Отыскал оставленную нерадивым туристом пластиковую упаковку. Острой палкой взбурлил кусок почвы, выловил несколько червяков… Затем расставил удочки — и свою, и Гошину.

Григорьев рыбачил в своей жизни пару раз — дед брал его с собой, когда ему было лет десять. Это хобби не произвело на него никакого впечатления. Во-первых, подняли его ни свет ни заря. А потом он был вынужден сидеть несколько часов в бездействии, пялясь на удочку. Для активной Гошиной натуры это было невыносимо.