Книга Дом ведьмы в наследство, страница 147 – Жанна Лебедева

— Вы читаете мои мысли? — вопрос вырвался сам собой.

Хотя чего тут спрашивать — ясно же как пить дать, что читает!

— Я не специально, — снова оправдалась Гретта. — И чего это ты со мной на «вы»? Тут все свои. Одна компания. Верно я говорю, Лиля?

— Верно, — подтвердила крепкая блондинка, возраст которой Настя определила для себя как «от двадцати пяти до сорока пяти».

Примерно.

— Хватит болтать, — строго заявила крючконосая ведьма — самая, пожалуй, «сказочно-ведьмовская» из всех собравшихся. Своей пронзительной синеглазостью она будто жгла пространство. — Пора и за стол садиться.

А в продолжение слов — взмах стремительной когтистой руки, снопы ультрамариновых искр там и тут, и вот уже круглый накрытый стол возникает из ниоткуда. Ветер колышет длинные кисти на скатерти, а ведьмы дружно пододвигаются к столу, скрежеща по полу ножками стульев. Поближе к скрытому за перламутром фарфора ароматному чаю. К изысканным пирожным всех цветов и видов. К душистому сыру тринадцати сортов. К копченому мясу. К жгучему глинтвейну, фруктам и вину…

Настя вспомнила про медведицын наказ и выложила на стол пирожки.

— Настасья Петровна просила передать.

— М-м-м-м, двести лет ее пирожков не ела, — промурлыкала рыжая ведьма (кажется, Лада) выбирая самый большой. — Вспоминаю, как она нам с Яной, перед учебой, этими пирожками все сумки забивала. А мы все до крошки съедали к концу дня…

Настя уточнила:

— Это вы… ты про Яну Маровну?

— Про нее, про кого же еще, — хитро прищурилась крючконосая ведьма.

Настя отложила надкусанную грушу и сообщила:

— У Яны Маровны сейчас большие проблемы. Собственно, за помощью в их решении я к вам и пришла. Не только ради знакомства.

— Про проблемы мы знаем. Давно над ними уже думаем, — сообщила Фрида.

— Про проклятье нам известно, — подтвердила Лада. — Опасная штука и разрушительная.

— Но справиться с ней можно, — сообщила крючконосая Еруслана (так ее звали, точно!). — Только для этого ведьма нужна особая и с особой силой.

— С тягой к творению, — продолжила Лиля.

— С творческим даром, — улыбнулась Гретта.

— Такая, как ты, — резюмировала вышесказанное Фрида.

Настя смотрела на ведьм во все глаза, не понимая, о чем они.

Спросила наконец:

— Куда же конкретно придется мне эту «тягу к творению» прикладывать? Неясно как-то.

— Так к картине, — произнесла Гретта, как само собой разумеющееся.

Настя уточнила:

— А как именно?

— Перерисовать ее придется, — пояснила суровая Еруслана.

Настя не поверила своим ушам:

— Перерисовать? Так просто?

— Непросто, — усмехнулась Фрида. — Ведь то непростая картина — портальная, да еще и проклятая. Для этого инструмент особый нужен.

— Кисти! — догадалась Настя. — Они у меня есть.

Фрида продолжила:

— И навык кое-какой. Умение зачарованные полотна писать.

Настя поникла.

— Этого я еще ни разу не пробовала.

Рыжая Лада, сидящая рядом, хлопнула ее по плечу.

— Ничего. Разберешься. Потренируешься.

Крыть было нечем. Наследница, в конце концов! И набор волшебных кистей получила…

— Ладно, я поняла.

— Да не переживай ты, все сможешь. — Лада пододвинула Насте блюдо с розовым виноградом. — Когда в свой город вернешься. А пока ешь да пей вволю.

— С этим я, кажется, переусердствовала…

Закончив трапезу, часть ведьм встала из-за стола, часть осталась сидеть, беседуя. Лада и Гретта подошли к Насте, подвели ее к краю площадки.