Книга Истинная для Бога Тьмы, страница 77 – Кира Цитри

— Как тебе мой брат?

Тина задрожала, испуганно сглотнула и ответила:

— Не понимаю о чем вы, Госпожа.

Богиня театрально покачала головой и цокнула языком.

— Это разве не ты украла мое полотно? Выходит, ты считаешь Повелителя лжецом? — ахнула Селена.

Глаза Тины расширились от ужаса, руки прижались ко рту, она мотала головой, причитая:

— Пощадите, Госпожа! Я не хотела!

— Маленькая лгунья! Ты так хотела выслужиться перед Ниаллом, что пошла против меня. Моя же прислуга! Я не прощаю шпионажа, Тина.

После этих слов Селена резко вытянула вперед руку. Тонкие бледные пальцы коснулись груди девушки и на ладони Богини показался осколок Света. Тина испуганно посмотрела на ее руку, а затем глаза закатились и тело девушки осело на холодный пол. Селена улыбнулась краешком губ, собрала нужные ингредиенты и создала противоядие. Она обещала себе, что защитит Ленара любым способом, а Тина заслужила смерти. Никто не смеет предавать Повелительницу.

Богиня путями Порядка переместилась в спальню Ленара. На столе так и лежала кипа бумаг, аккуратно сложенных вместе. Среди них она увидела кусочек цветного портрета, написанного от руки масляными красками. Вытянув лист, сердце Госпожи дрогнуло. На белоснежном полотне на нее смотрели смеющиеся гетерохромные глаза, а внизу была подпись: «Прекрасной орхидее на память от Ленара». Она поставила пузырек на краешек стола, оставив записку: «Девушка, которая не боится запачкать платье грязью, запятнала свою душу неправильными поступками в угоду своего эгоизма. Готов ли ты принять меня такой? Навечно твоя орхидея».

* * *

Лекарь появился на рассвете. Заспанный мужчина — маг Порядка с проседью в ярких каштановых волосах. Одетый в белоснежный халат, он щурил от яркого света воздушные глаза и вздыхал.

— Еще один случай в городе. Вот же хворь какая!

— Что вы имеете ввиду? — спросил нахмуренный Адриан.

— Вы не слышали, господин? Уже три трупа снесли. Всех сжечь пришлось, даже семья не попрощалась. Откуда только эта хворь пришла? Сначала жар охватывает тело, затем кожа бледнеет, на ней образуются волдыри, которые в течение суток лопаются, оставляя на коже ожоги, а потом изо рта идет розовая пена и все, нет больше человека. Они так и не приходят в себя.

Адриан побледнел, схватившись за сердце. Он взлохматил волосы и спросил:

— Магия бессильна, как я понял?

— Верно, — ответил лекарь. — И как люди заразились тоже не ясно. Мы стараемся не трогать больных.

Мужчина достал градусник, коснулся им лба побледневшей Фанни и констатировал:

— Тридцать девять с половиной. Через пару часов упадет до тридцати пяти.

— И что же делать? — устало вопросил Бог.

Лекарь пожал плечами, протянул регенерирующую мазь, наказав мазать тело девушки от ожогов, чтобы тело не превратилось в фарш, и ушел, так и не называя ни причины, ни спасения. Адриан присел на краешек кровати. Он взял горячую ладонь Дафны в свою и прошептал:

— Это все из-за меня, Фанни. Я не дам тебе умереть, обещаю.

Адриан едва коснулся ее лба прохладными губами и вышел из комнаты, собираясь на охоту. Он плутал по улочкам Снежной долины, ища того, кому не дорога жизнь. Спустя пару часов мешочек был доверху наполнен монетами, тело Бога пылало от избытка энергии, а глаза светились, как блестящие на солнце алмазы. Он натянул на них черные очки и прогуливался по улицам, подслушивая. Продавцы говорили о загадочной болезни. Кто-то считал ее карой Вселенной, кто-то местью Хаоса, а кто-то даже обвинял в этом Ниалла. Ни причины, ни лечения Адриан так и не выяснил. Он вернулся в таверну, сунул хозяйке шесть серебряных монет и зашел в комнату уже ближе к полудню.