Книга Лилия для ректора, страница 78 – Кира Цитри

Вот только глаза, светящиеся нежностью, выдавали его истинное отношение. — Не так, как хотелось бы. Два нашкодивших студента не успели вернуться к отбою. Он осмотрелся, а после вытащил руку из кармана, крепко держащую в своей ладони белоснежную бархатную коробочку в форме куба. Демон сунул ее в карман девичьей кофты. Тепло от близко стоящего тела заставило Аша перейти грань. Он коснулся большим пальцем ее щеки, очертил им линию губ, и приподнял подбородок, заставляя смотреть в черные как бездна глаза. — Откройте, когда будете одни, адептка Рейн. Это подарок любимой девочке. Нехотя он отступил. Не дайте боги кто-то видел его порыв. Не так расценят. Ее сердце бешено билось. Подарок! И когда успел купить. — Спасибо, — покраснев пробормотала она. Глаза опустились вниз, носок туфель рисовал на траве узоры. Аш склонил голову. Как хочется поцеловать. Какая она все-таки еще маленькая, его девочка. Такая хрупкая. Одно резкое движение и она расколется хрустальной крошкой. Амулет завибрировал и нежное выражение лица сменилось раздражением. Пару секунд ректор напряженно слушал оппонента, а после коротко сказал что-то на другом языке. — Нужно идти, — вздохнув, сказал он. — Мы увидимся? — решившись спросила Лили. Демон кивнул. — Я позвоню. Ей с нетерпением хотелось раскрыть подарок. Забежав в свою комнату, она повернула ключ в замке и вытащила коробочку. Белоснежная, она мерцала на свету тысячами чешуек. Так похоже на оттенок кожи дракона, что так понравился Лили. Дрожащими от нетерпения руками, она раскрыла коробочку и замерла. Внутри лежал золотой кулон в форме прозрачного сердца, а в середине прекрасный цветок розовой лилии, будто живой. Вдруг что-то выпало из коробки. Бумажка приземлилась на носок ее туфельки. Девушка развернула записку и, улыбнувшись, прижала руки к груди. "Мое сердце всегда будет твоим", — гласила надпись. Кулон Лили надевать не стала. Пусть демон сам захлопнет замок на ее шее. С этими мыслями она закрыла глаза и провалилась в сладкий сон. Яркое солнечное утро сменилось закатным вечером. Две подруги сидели на полу, скрестив ноги, слушали романтические мелодии, льющиеся из колонки и пили красное вино. Малика как истинный ценитель прекрасного, вертела в руках бокал на длинной тонкой ножке, вдыхала ежевичный аромат с легкими пряными нотками, а потом делала большой глоток и прикрывала в наслаждении глаза. Лили захмелела быстро. Комната кружилась в пьяном вальсе, щеки покрылись ярким румянцем. — Ты упадешь, если я назову тебе его имя, — прыснув в кулак, пробормотала Лили. Малика сделала очередной глоток и разлила остатки вина по опустевшим бокалам. — Если это не мой брат, то не упаду. Лили прикусила губу. — У него удивительное редкое имя. Ашваттхам Блад. Малика уронила шпажку с кусочком сыра. Она сейчас была похожа на рыбу, что только вынули из воды — открывала и закрывала рот. Лили, обрадованная такой реакцией, достала из-под подушки заветную коробочку и протянула подруге. Та недоверчиво на нее покосилась, но, взглянув на кулон, поджала губы. — Глупая ты, Ли, — она взъерошила волосы. — Ректор того не стоит. Ты о нем ничего не знаешь. Лили изумленно вскинула брови. Она ждала совсем иной реакции.

Слов поздравления, хотя бы. — Можно подумать, ты его знаешь. Девушка фыркнула, отставила в сторону бокал и пробубнила: — Лучше, чем ты думаешь, — подумав, она добавила: — Ты хоть знаешь, как он обошелся с Дианой Торрес? — Я вообще ее не знаю. Прекрати, Малика! Ты просто завидуешь. — Ну и живи в неведении. Он уже воспользовался тобой? Жди, что скоро выкинет как щенка. Как Диану. Они встречались десять лет. А он попользовался и с позором ее бросил. Теперь ясно почему. Лили нахмурилась. Слова застряли в горле и тоненькими иголочками царапали глотку. Резко стало не хватать воздуха. Малика усмехнулась, схватила со стола амулет и вышла, обронив: — Мне нужно позвонить. Приду — обсудим. Верить в это не хотелось. Неужели эта Диана чуть не убила Аша из мести? Очень было похоже на правду, но верить до безумия не хотелось. Аш просил ее быть взрослой. И она будет. Не нужно отчаиваться, сначала все нужно выяснить у демона. Она залпом осушила стакан и поднялась. Комната закружилась в танце, Лили схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Амулет ответил глухим молчанием. Девушка бросила его от досады. Ни в чем не повинный амулет ударился о стену и закатился под тумбочку. Лили топнула ножкой и открыла портал. — Только попробуй не впустить, — предупредила она сизую дымку. Портал впустил. Яркая вспышка озарила кабинет ректора. От неожиданности он выронил стопку бумаг и вскинул руку. На пальцах заискрился огонь. Увидев девушку, хмурые складки на лбу разгладились. Он опустил руку. Девушка на него не смотрела. Ее резко затошнило и она, сделав шаг, упала, больно ударилась коленкой о паркет и зашипела от боли. Демон подскочил к ней, с беспокойством осмотрел, а после, принюхавшись, выпалил: — Ты пьяна? — Я пришла все прояснить, — она икнула. Демон, нахмурившись, посадил девушку в свое кресло, а сам сел на краешек стола и скрестил руки на груди. — До меня дошли слухи, — начала она, но встретив напряженный взгляд, пожалела, что пришла. — У тебя десять лет была женщина, которую ты использовал? Демон закатил глаза и сжал рукой переносицу. Он подозревал, что когда-нибудь нужно будет обсудить этот вопрос, но не думал, что так быстро. — И кто рассказал тебе об этом? Лили фыркнула: — Какое это имеет значение, если это правда? Демон жестко схватил ее за подбородок и приподнял, заставляя смотреть в глаза. Ее сердце бешено билось от сузившихся в гневе век. — Я не хочу говорить с тобой о своих бывших отношениях. Я не хочу тебя ранить. Пока ты еще что не напридумывала в своей светлой головке. Но давай проясним этот вопрос, — от стальных ноток в голосе захотелось спрятаться. — Я действительно был в отношениях долгих десять лет. Но это не одно и то же, Лили. Я изначально говорил ей о своих намерениях. Она с ними согласилась. Я мужчина, у которого есть потребности. А когда ей захотелось свадьбы и детей, я закончил отношения. А ты все перевела на свой счет? Ты — другое. Я думал, ты поняла о моих намерениях. Она покраснела. Алкоголь потихоньку улетучивался, оставляя за собой чувство вины, которое жгло изнутри. Она уронила голову на раскрытые ладони и пробубнила: — Прости, я снова повела себя как ребенок. Он усмехнулся, приподнял девушку, усаживаясь с ней в кресле.