Книга Танцующая в луче, страница 116 – Татьяна Русакова

— Ну, вообще-то, ты познакомилась с ним даже раньше, чем я. Помнится, в день нашего приезда Отиф сорвался с облучка кареты Люгвины Бисмейк и подлетел к тебе. Кажется, ты испугалась, потому что после того случая их светлость попросил лангору доверить уход за птицей сокольничему.

— Это была какая-то нереальная птица! — воскликнула я, вспомнив птицу, севшую на моё плечо. — Мне показалось, что она не живая, а сделана из серебра! Я никогда таких не видела!

— Отиф — птица-ведун, — серьёзно сказала Агайя. — Я уже несколько раз к нему заходила, и он мне всегда помогал!

— Как же вы говорите, с птицей? — мне было ужасно интересно, и одновременно с этим крепло ощущение, что всё, что я узнаю об этой странной птице, важно для меня.

— Обыкновенно, — улыбнулась Агайя. — Конечно, он не умеет говорить, зато всё понимает. Я задаю Отифу вопрос, а на отдельных бумажках пишу варианты ответов. Отиф выбирает одну из записок, и я узнаю, чего ждать.

— Хмм, — я задумалась.

С одной стороны, такой метод гадания давно известен, и, в общем-то, имеет право на существование. Но ведь он несовершенен!

— А если тебе на ум не пришёл нужный вариант ответа? — спросила я. — Тогда как? Ведь получается, что Отиф обманет тебя, что бы он ни вытащил!

— Тогда он просто откажется мне гадать, — пожала плечами Агайя. — Один раз так уже было, — девушка почему-то покраснела.

— Ну что ж, раз уж твой Отиф такая умница — тогда идём, — улыбнулась я.

— К сожалению, он не мой, — улыбнулась в ответ Агайя.

— А почему ты не пользуешься магией, когда хочешь узнать будущее? — спросила я.

— Ты что? — Агайя широко открыла глаза. — Это только ведьмы умеют! Думаешь, лангор Грэйр проводил бы отборы каждый год, умей он заглянуть в будущее и увидеть настоящую Лунную деву?

Я вздохнула. Получается, заглянуть в будущее можно только с помощью Драгины, которая до сих пор в стазисе?

Скоро разговор прервался, потому что подруга повернула к небольшому каменному дому, напоминающему больше какой-то склад, чем место содержания охотничьих птиц. Почему-то я представляла себя, что увижу что-то типа голубятни, в которой и сидят соколы или кречеты. Но всё оказалось не так.

Агайя вовсе не смотрела вверх, и, пройдя вслед за подругой, я увидела впущенный в землю подклет. За решёткой блеснуло серебром чудесное оперение, и послышался взволнованный клекот птицы.

— Это я, Отиф, — ласково сказала Агайя. — Что ты так волнуешься?

— Бедный! — тихонечко пожалела я, просовывая в клетку палец, и погладила оказавшиеся мягкими серебряные перья. — Неужели он так и сидит здесь днями?!

— Отиф иногда вылетает с другими птицами. Но он не охотится, поэтому чаще его оставляют в клети, чтобы не сбежал, — почему-то виновато ответила Агайя. — Думаешь, он тоскует?

Конечно, тоскует! Лишить птицу неба — это всё равно что оставить меня без света луны!

По понятным причинам я не могла сказать этого Агайе, но мне показалось, что умная птица прочитала мои мысли. Отиф легонько захватил своим немаленьким клювом мой палец и потянул к себе.

— Кажется, он зовёт тебя войти! — засмеялась Агайя.

— Я не могу, Отиф! — с сожалением сказала я.

— Кто это здесь? — раздался позади голос сокольничего. — Ах, это вы, лангора Агайя?

— Да, это я, — немного смущённо ответила девушка. — Я пришла с Ди, она тоже в отборе.