Книга Танцующая в луче, страница 3 – Татьяна Русакова

Не знаю, чего я ждала — что крючковатые ветки сейчас снова схватят меня за волосы, рывком прерывая мой бешеный бег, или что острый сухой сук безжалостно войдёт в спину, — но ещё никогда в жизни мне не было так страшно, как сейчас. Ещё не задумываясь о том, где оказалась, я уже каждой клеточкой своего тела чувствовала ужасающую инаковость этого мира. И кажется в этот самый момент, задыхаясь от быстрого бега и ужаса, я впервые поняла, как гармонично связана было с тем, что окружало меня раньше. Сейчас эта связь оборвалась, и меня несло, как инородную пылинку, сквозь эту чужую рощу, прямо к темнеющему замку.

Я оглянулась на ходу, с искажённым от страха лицом, едва не упала, споткнувшись о корень и остановилась, тяжело дыша. За мной никто не гнался, но мёртвый лес, темнеющий вдали на фоне яркой зелени рощи, угрожающе качал сухими вершинами. Похоже, пути назад для меня не было.

«Успокойся! — приказала я себе. — Если есть замок, значит, должны быть и люди. Хотя бы старый смотритель или экскурсовод, поджидающий очередную группу».

Уговаривая себя не оглядываться, я бодро поковыляла к вершине холма. Идти наверх было намного сложнее, чем сломя голову мчаться вниз, приходилось следить, чтобы не споткнуться о корни. Иногда, потеряв равновесие, я хваталась за стволы деревьев, и в один из таких моментов обратила внимание на невероятную вещь. Резко остановившись, я поднесла к глазам собственную руку. Она была исцарапанной и грязной, но поразило меня не это, а хрупкость тонкой кисти.

Я была книжной девочкой, и чаще занималась, чем гуляла с подругами. Может быть, поэтому моё телосложение было весьма… гм… крепким. Я упрямо противилась мысли, что нужно худеть, но такого узкого запястья у меня просто не могло быть. Я ошарашенно посмотрела вниз, только сейчас поняв, что и одежда на мне чужая: вместо привычных джинсов и свитера оверсайз на мне было какое-то платье. Платье, Карл! Это на мне, которая последний раз надевала платье в начальной школе, да и то было сарафаном от школьной формы! Даже на выпускной я уговорила маму купить брючный костюм из тяжёлого шёлка.

Мало того, что я не помнила, как оказалась в этом платье, так оно было ещё и длинным, практически в пол. Не мудрено, что я едва не упала, запутавшись в подоле! Некоторое время я глупо изучала себя, потом осторожно приподняла край платья. Ноги тоже были худые! А туфли на них облупленные и растоптанные. Кроме того, они, похоже, были ручной работы!

От этих внезапных открытий я растерянно села на поваленный ствол. Необходимо было время, чтобы принять, что там, куда я попала, не было никакой Даши Мирошниченко, то есть меня, а была вот эта худая белобрысая девчонка. Волосы точно светлые, длинные и кажется, густые, только вот больно грязные. Я вновь придирчиво посмотрела на свои руки. Кажется, я осталась молодой, кожа была гладкой и нежной, но это ещё ни о чём не говорило. А что, если здесь мне двадцать пять, а то и тридцать лет?!

Только не это! Подозрительно и немного смущённо потрогав грудь, я немного успокоилась. Увядать там было ещё нечему. И всё же изменившаяся внешность не давала мне покоя. Сейчас я многое отдала бы за обычное зеркало.

Посидев на дереве и немного повздыхав, я почувствовала, что озябла. Здесь было гораздо холоднее, чем в городе. Тем более следовало поторопиться. Здешнее солнце стояло низко, и день, похоже, клонился к вечеру. Как ни хотелось мне закрыть глаза, а проснуться в тёплой кровати от маминого поцелуя, я чувствовала, что надеяться на то, что всё вернётся, наивно.