Книга Падение, страница 212 – Кэтрин Рок

— Где они? — в недоумении спросил он.

— Возможно, молятся? — сказала Адена.

— Нет, отец делает это строго по времени, он не стал бы…

На миг оба смолкли, раздумывая.

— О. Я, кажется, знаю. Казна, — сказал Авдий.

Они с Аденой помчались туда. И, на сей раз, без стука ворвались в помещение.

Мать с отцом перепуганно уставились на них, словно их застали за преступным делом. Адена застыла от увиденного. Ее родители впопыхах собирали драгоценности и важные бумаги в мешки.

— Кто впустил грешницу в наш дом?! — прогудел отец в ярости, заслонив собой один из мешков.

— Я! — повысил голос Авдий. — А вы чем заняты?! Тайком убежать решили?!

— Нет, Авдий. Вовсе нет. Мы собирались взять тебя с собой. Как же мы можем, ты же наш сын? — заговорила мать. Подошла к нему и попыталась взять его за руки. Но Авдий отдернул руки и отступил. В гневе устремил взгляд на отца.

— Так твои слова — ложь? Ты сказал, что мы останемся с народом. Что это воля Солнцеликого и…

— Как ты смеешь обвинять отца?! — пробасил Хирон. — Мои слова — закон! Но я вынужден был сказать это, чтобы в народе не поднялась паника! Чтобы господа могли спокойно покинуть остров. Но достаточно включить здравый смысл, чтоб понять, что остров в скором времени провалится под землю.

— У нас нет столько кораблей, чтобы вывезти всех, пойми это. Остается только молиться за них, Авдий, — в порыве произнесла мать, поддерживая отца.

Адена побледнела, а Авдий нахмурился.

— Так это что, воля вашего Солнцеликого? — сквозь зубы произнес Авдий.

— Да. Это его воля, — без тени сомнения пробасил отец. — И мы не смеем противиться ему. Так что и ты иди, помогай, раз уж узнал заранее. На рассвете мы отплываем.

Авдий взглянул на Адену.

— А как же она? — спросил он, посмотрев на мать.

— Конечно же, она тоже поплывет с нами. Но… Адена, пообещай, что никому об этом не расскажешь, как и ты, Авдий. Мы не сообщили вам, потому что боялись, что вы станете болтать, а нам это ни к чему. Нужно все сохранить в секрете. И когда мы туда прибудем, поменяем имена и станем другими людьми. Хирон и его семья погибнут на этом острове и станут святыми, ясно вам?

— Так велел Солнцеликий? — с ноткой иронии в голосе спросил Авдий.

— Да. Он так велел. Мы должны выжить. Наш род должен продолжить свое существование во имя Солнцеликого, — сказала мать.

Сердце Адены сжалось, и на глаза навернулись слезы. Она помотала головой, ощутив жгучее презрение к родителям.

— Какие же вы жалкие… — не выдержав больше, произнесла она. — Подлые и циничные. Нет в вас ни доброты, ни сострадания. Печетесь только о своих жизнях и меряете всё властью и деньгами. Это отвратительно…

На миг все смолкли. Слышно было лишь треск и скрип стен.

— Пошла прочь! — побагровев лицом, гаркнул отец и указал пальцем на дверь. — Ты больше мне не дочь! Пошла с глаз долой, мерзкая девка! Потаскуха! Лучше б сдохла там, а не порочила своим присутствием наш дом и храм!

— Мне все равно! Я больше не желаю молчать! — закричала Адена в ответ, у самой слезы брызнули из глаз. — Ты ничем не лучше всех тех, кого упрятал в тюрьму под городом! Твоя душа такая же черная и мерзкая, но из-за того, что тебе не нужно выживать, ты можешь себе позволить не убивать других! Но будь ты там, я уверена, твое уродство было бы страшнее каждого из них!