Книга Падение, страница 84 – Кэтрин Рок

Лутас, тяжело дыша, сжал прутья до побеления пальцев. Грудную клетку сдавило от боли, а в голове мелькнули очень смутные воспоминания о прошлом, которые он пытался старательно забыть. Забыть лица кровных отца и матери, которым при нем отрубили головы. Забыть лица других мальчиков, которых вместе с ним собрали в кучу. Забыть лицо Вирия — испуганного мальчика с глазами, полными ужаса и слёз. Как они стояли рядом, опасливо оглядываясь по сторонам, боясь сделать лишнее движение…

Всё это было лишь страшным сном. Кошмаром из прошлой жизни, которая была даже не его. Тогда это был не он. Не мог быть он. Это не его прошлое. Его настоящая жизнь началась только после того, как он стал одним из воинов… отца.

— Закрой свой поганый рот и сдохни. Не смей лечить его, поняла? Он заслуживает смерти в муках.

— Так за что ты убил хозяина? — наконец послышался уже серьезный голос девицы.

— Он приказал мне убить младенца… И в этот момент я понял, что я держался за него из-за ненависти, а не из любви.

Лутас застыл. Что это всё значит? Слова Вирия словно эхо повторились в голове. Назойливыми насекомыми завертелись в сознании.

— …Держи свои лекарства и не подыхай пока. Я сообщу обо всем матери, и мы будем решать ваши судьбы.

— Где девушка? — взволнованно прозвучал голос Вирия. Лутас в очередной раз замер, жадно прислушиваясь.

— За нее не беспокойся. В нашей общине все женщины — госпожи. Она теперь под нашей защитой и опекой. Беспокойся о своем здоровье, Вирий. Мы тебя больного долго терпеть не станем, это я тебе могу сказать точно, — сказала девица и возвысила голос: — А тебя, Лутас, ждет тяжелый труд прислужника. Так что береги свой пыл на полезные дела и, быть может, останешься в живых при хорошем поведении.

Лутас стиснул зубы, но больше не позволил эмоциям взять вверх. Услышал бренчание ключей и удаляющиеся шаги. Наступила полная тишина.

Лутасу очень захотелось спросить, что Вирий имел в виду, говоря, что был рядом с отцом из-за ненависти, а не из любви. Но гордость не позволила вымолвить и словечка. Лутасу очень хотелось думать, что это была именно гордость, но… почему-то это больше походило на страх.

Адена наконец открыла глаза и поморщилась от тусклого света. Почувствовала щекой мягкость перины и на миг подумала, что оказалась дома. Но взор уловил движение. Она пригляделась и увидела напротив перекладину, закрепленную к стене и деревянному столбу. На ней, уцепившись ногами, согнув их в коленях, подтягивалась та самая рослая рыжая женщина. Адена перепуганно попятилась назад и прижалась к стене. Неосознанно прикрылась пледом. Женщина, увидев ее, улыбнулась, находясь вниз головой. Уцепилась руками о перекладину, вытащила плавно ноги, повисла на миг, словно красуясь тренированным телом, и наконец спрыгнула на пол.

— Проснулась? Будь аккуратнее. Тиси хоть и перевязала тебе колено, но ты его сильно разодрала, — сказала женщина, подходя к кровати.

— Не подходи, — в панике сказала Адена и огляделась. Помещение напоминало собой небольшую, но достаточно уютную пещеру. По краям была расставлена всякая мебель. Некоторая выглядела роскошно, а другая совсем простенько. По середине пола был расстелен сверкающий ковёр, похожий она видела в комнате Клемита. Всё это разнообразие освещали подвешенные на стены, словно гирлянды, небольшие камушки селенита.