Книга Там, где цветёт багульник, страница 149 – Элен Скор

— Он позаботился обо мне как смог, на тот момент это было лучшим решением! Не тебе его судить! – в моём голосе зазвенел металл, Полина даже отшатнулась.

Ощущая за спиной поддержку мужа, я чувствовала себя сильной и уверенной женщиной. Не сказать, чтобы я сама одобряла решение отца, но это его воля. Даже то, что он нас признал, дорогого стоит. Это я теперь отлично понимаю.

— Ты что-то говорила про долги, - напомнила я.

Полина суетливо завозилась в складках платья, достав уже знакомую, перевязанную ленточкой стопку бумаг.

— Вот, ты глава рода, ты должна заплатить!

— Хочу тебе напомнить, что ты к нашему роду не имеешь никакого отношения.

— Но Маша…

— Маша моя сестра и я за неё отвечаю. Ты утратила на неё все права, когда сбежала! Кстати, почему ты здесь, а не в Париже? Где тот красавец-гусар?

— Деньги закончились, он меня бросил. Мне пришлось занимать, чтобы вернуться, - Полина потупилась.

— И ты ни разу не вспомнила о дочери, даже не спросила, как она, - я горько усмехнулась.

Полина вскинулась:

— Я готова забрать Машу, если вы снимите нам жильё и будете давать денег.

— Нет, - качнула я головой, - Маша останется со мной. И, кстати, я больше не глава рода, им стал мой супруг.

Алексей положил ладони мне на плечи, подтверждая, что во всём меня поддерживает.

Полина подняла взгляд и тут же втянула голову в плечи. Это со мной она спорила, а вот с мужчиной побоится.

— Значит, денег не дадите …

— Вам лучше покинуть наш дом! – от голоса Алексея повеяло холодом.

Полина понуро опустила плечи, долговые расписки упали к её ногам. Но потом она вдруг спохватилась и снова зашарила по карманам.

— Вот! - в руках она держала запечатанный сургучом конверт. – Тут что-то очень важное! Афанасий говорил, что Перовский за это душу продаст! Простите, Ваша Светлость, - сглотнула она, глянув мне за спину. Но тут же подобралась как змея перед броском.

— Я готова продать вам это письмо!

— Сколько! – спросил Алексей.

Полина назвала довольно крупную сумму.

— Хорошо! – согласился он. – Только сначала вы подпишите бумагу, что больше не станете докучать своим видом ни мне, ни моей супруге. Вам это понятно?

Конечно, она согласилась.

Принесли перо и бумагу, под диктовку моего мужа Полина написала расписку, что отказывается от своей дочери и получает за это определённую сумму в серебряных рублях. По сути, она продала Машу.

На душе было так мерзко, но я понимала – это единственная возможность уберечься от будущего шантажа. Получив деньги однажды, Полина не успокоиться.

Потом произошёл обмен: деньги на письмо и расписку.

— Проследите, чтобы эта женщина покинула наш дом, - велел Алексей.

Слуги увели Полину через задний двор, так что гости ничего не заметили, продолжая веселиться.

— Не хочешь прочесть? – я кивнула на изрядно помятое письмо.

Алексей сломав сургучную печать, распечатал послание. Судя по дате, оно было написано в день смерти отца. Он просто не успел его отправить.

В письме папенька предлагал Алексею жениться на своей старшей дочери, предлагая взамен титул и звание главы рода. Он всё продумал. Я получала графский титул, а после свадьбы передавала всё это своему супругу.

Маше ничего не досталось по одной простой причине – она несовершеннолетняя и не может принимать решения. Зато есть риск, что повзрослев, может эти решения оспорить. Лишив титула, папенька лишил Машу этой возможности. Он так и писал в письме.