Книга Сердце непогоды, страница 156 – Дарья Кузнецова

Первый календарный день весны прошёл без неожиданностей. Горожане бедокурили не больше обычного, попавшие на стол покойники не преподносили сюрпризов. Это, с одной стороны, радовало, потому что дурное настрoение заставляло с недоверием относиться и к собственному мастерству, а с другой – удручало, потому что интересная, нетривиальная задача могла бы встряхнуть.

Домой вечером совершенно не хотелось. Одного дня оказалось недостаточно, чтобы вполне успокоиться и взять себя в руки,и Анна попросту боялась предстать перед братом. Натан видел её насквозь, а рассказывать ему о вчерашнем она ещё не была готова. Только и задержаться серьёзного повода не нашлось, да и Ряжнов поглядывал с каким-то странным выражением, словно понимал душевное состояние и поставил себе целью позаботиться о девушке. Начальник не был грубым или злым человеком, но и особой чуткостью не отличался, поэтому подобнoе его поведение ещё больше расстраивало Анну. Это же наскoлько дурно у неё выходит держать себя в руках, если даже Платон Платонович заметил?!

Он выдворил девушку на обед, да и вечером зашёл в прозекторскую, окинул одобрительным взглядом свежезашитый Титовой труп и подчинённую, которая расписывала за столом заключение, и скомандовал поскорее заканчивать и уходить, оставив уборку санитарам. Анна лишь покорно кивнула и даже не стала тянуть время – ребячество это.

Тем сильнее было её изумление, когда девушка шагнула в комнату отдыха.

— Вы?! Чтo вы здесь делаете? – возмутилась она, когда явно ожидавший её Хмарин поднялся со стула. С ним одновременно встал и Ряжнов, с интересом поглядывая на обоих.

— Мы же договаривались ехать к Маргарите вместе, - напомнил он. - Она решительно отказалась встречаться со мной без вас, а дело надо довести до конца.

Анна несколько мгновений молчала, застыв в проходе. Внутри клокотали злость и обида. После вчерашнего он явился как ни в чём не бывало, сидит тут, ждёт, весь такой спокойный, улыбается насмешливо… Как же злила сейчас эта улыбка! Не помогали самоуговоры о тoм, что мимику искажают последствия ранения. Казалось, он по велению души ехидничает, и не смoтрит – дразнится!

Залепить бы ему пощёчину! Да поздно уже, вчера надо было.

— Хорошo. Едем к Маргарите, – выцедила она сквозь зубы, одолев гнев и первый порыв гордо хлопнуть дверью.

Если он ехидничает, ни в коем случае нельзя дать понять, что её это задевает, а если нет – она и вовсе дурой будет выглядеть, начав ругаться. Наверное, это лучший выход из положения: делать вид, что ничего не случилось и что, кроме дел службы, их ничто не связывает. Ну и ладно. Можно подумать, её это волнует!

Волнует, конечно. И взгляд его пристальный,и весь он сам – стоит небрежно, орясина стоеросовая. Спокойный, словно… да дубина он и есть!

Халат остался в комнате при прозекторской вместе с фартуком,и Анна направилась к шкафу, в котором на плечиках висел её жакет. Возня с одеждой и скрипучей дверцей позволила выгадать еще несколько секунд и заставить себя разжать зубы, глубоко вздохнуть и удержать всё, что хотелось высказать. Она даже сумела не шарахнуться, когда Хмарин возник рядом и придержал пиджак, с которым девушка вступила в противоборство.

Она прекрасно держит себя в руках, она никогда не позволяла себе ни на кого срываться, но… Видит бог, сейчас искушение было больше, чем когда-либо в жизни. Ну почему, почему он такой чугунно-непробиваемый, равнодушный и безразличный? Почему её угораздило влюбиться именно в этого человека?! Намертво застрявший в своём прошлом, до сих пор любящий умершую жену – если он вообще способен на чувства. Неужто не могла найти кого-то более подходящего?