Книга Рионада, страница 17 – Натали Смит

* * *

Ситуация получилась не по регламенту. Неловкость заметил только «Морок», считавший пульс Андрея и шепнувший ему одному:

— Адам и Ева в первозданном мире.

Андрей отвел взгляд от подсвеченного солнцем профиля помощницы и сказал чуть резче, чем собирался:

— Давай работать.

— А, да, конечно, — Настя слегка улыбнулась, совершенно очарованная увиденным, казалось, и не заметила ничего. В синих глазах был незамутненный восторг и отражение рассвета.

Андрей поймал себя на готовности вернуть улыбку. Вместо этого на ходу инструктировал о работе в лаборатории и списке задач на день. Нечего отвлекаться.

Морок просканировал местность, убедился, что никого опасного, вроде стаи граймсов, рядом нет и отключил защитный купол. Запустили дроны-манипуляторы для повторного сбора образцов растений, почвы и всего ранее изученного.

— Зачем повторять? — полюбопытствовала Настя.

— Чтобы понять стабильность системы. Есть ли значимые или хотя бы видимые изменения в промежутке времени.

Первые дроны вернулись с образцами.

— Лютения, плюшевик, кристаллин, — представил Андрей первые пробы, и работа закипела.

Дроны приносили кусочки, листочки и корешки, Настя укладывала их по пробиркам, а некоторые сразу в анализаторы. Андрей смотрел, как работают ее руки. Ни одного неверного движения, точность до миллиметров. Один из его помощников был на редкость неуклюжим и, пока они наладили работу, уничтожил не один десяток образцов.

— Хочешь, сниму кожу, покажу, как внутри? — проворчала Настя.

— Что?

— Ты пялишься на мои руки. Ничего, ты не первый. Так хочешь?

— Нет, извини. Я просто задумался — ловко делаешь незнакомую работу.

— Есть такое, отец тренировал меня жить с этим.

— Я слышал, твои протезы — военная разработка.

— Так точно! — Настя сразу оттаяла, весело козырнула. — Могу работать без перчаток — кожа невосприимчива к ядам, токсинам и перепадам температур. Но это не первые протезы, их меняли по мере роста, чтобы соответствовали. Потому такой большой долг.

— Понятно, — Андрей кивнул, стараясь быть максимально деловитым. — Но лучше менять перчатки. Нельзя образцы брать одним и тем же — загрязняются микрочастицами друг друга и анализатор сойдет с ума. Придется переделывать.

Переделывать, конечно, не хотелось. И вновь в лаборатории звучали короткие команды, перемигивались индикаторы оборудования, ИИ деловито вычеркивал из списка пробы. Андрею было до одури скучно, хотя он давил в себе это чувство — наука требует повторов, методичности и терпения, спешить нельзя. Настя удостоилась пары незначительных замечаний, но действительно справлялась отлично, учитывая, что подобным раньше не занималась. Андрей посматривал в ее сторону, подмечал сосредоточенную морщинку между бровей и упрямо сжатые губы. Ему хотелось изучать помощницу, а не образец почвы.

— Ты громко думаешь… — начала Настя.

— А как так вышло… — одновременно с ней заговорил Андрей.

Оба запнулись.

— Спрашивай, — хмыкнула девушка.

— Как так вышло, что генерал, предотвративший вторжение ствелларов, не обладает привилегиями? По моим понятиям он должен ковырять в зубах бриллиантовой зубочисткой.

— Это по твоим понятиям, — Настя занесла в базу новый образец. — А для всех остальных Черномор — кость в горле. Он честный до невыносимости: никогда не врет, взяток не берет, живет скромно. Его любят солдаты, но не любят высшие чины. И после победы они не могут его убрать. В их силах — мелкая пакость вроде обойти премией, не увеличивать зарплату, лишить доступа к новым разработкам под предлогом того, что он уже герой и больше ему ничего не нужно. Но он все равно сам работает и над улучшением отношений со ствелларами, довольно тесно с ними общается.