Книга Рионада, страница 80 – Натали Смит

— Исходя из новых полученных данных, предположу, что Трехликой достаточно, — Андрей подкинул в костерок очередную порцию плюшевика, он немного дымил и глаза пощипывало. Тепло сейчас было важнее неудобств, а маски справлялись с очисткой воздуха. Но желание снять с себя одежду и обувь, дать телу отдохнуть покалывало в пальцах ног…

— Каз сказал, что он на полуострове самый опасный, — рассуждала Настя, стараясь не обращать внимания ни на желания, ни на то, что ее голова фактически пристроилась к Андрею на плечо.

— Самый опасный здесь не он, а божество и Морок. Его андроидное тело поразительно крепкое.

— Нам это хорошо, что здесь ни змей, ни насекомых.

— Растения, как ты могла заметить, достаточно убийственны, — последовал смешок, утонувший в раскате грома. — А наша неопытность еще хуже.

Плотно уложенная листва импровизированных стен должна защитить от воды. По идее. Они не были уверены ни в чем.

— Вот трещотник хищник, но кого он ест? — нашла новое белое пятно Настя.

— Мелких подземных животных, — Андрей показал ей существо похожее на крысу, но без хвоста и глаз. — Они роют землю, добывают и не гнушаются падалью. Агрессивны, пытались нападать на экспедиции, возможно что-то еще, но мы упираемся в недостаточные исследования. Да и неважны они больше.

Андрей что-то искал в настройках накса, Настя слушала грохот в небе. Не такой зубодробительный, как первая гроза в том разбитом корабле, но достаточный. Стука капель было неслышно и их укрытие казалось даже уютным. Теплая подстилка, огонек и свет от накса его освещали.

— Я настроил на определение всех сердцебиений в округе, если станет больше двух, то есть нас, подаст сигнал, — Андрей вздохнул: — Это все, что я могу сделать.

Он задумчиво рассматривал карту. Между раскатами грома так же громко урчали их животы.

— Хорошо не нужно ориентироваться по звездам, а я уже собирался, — невесело хмыкнул Кощеев. — Знаешь Полярную звезду, которую видно на Земле?

— Да.

— Похожая есть и здесь. В этом полушарии виден сверхгигант спектрального класса F7, Миозина. Всегда над «Фронтиром».

Запасы плюшевика заканчивались.

Настя давно хотела спать и не могла, тело налилось жуткой тяжестью, мышцы подрагивали. Ощущения были схожи с давлением в подводных городах Земли. Прокручивая прошедшие дни, Настя понимала, что привыкла к местной гравитации, уже не подпрыгивала и не ловила себя в полете. И все же поход был тяжелым.

— У тебя была красивая мама, — тихо сказал Андрей между раскатами.

Настя зажмурилась: вот и подошли к болезненным темам.

— А твой отец интересный был, умный, полон загадок, как наш Морок.

— Интеллект определяется качеством того, что делаешь, — мрачно отозвался Андрей. — Отец… огорчает.

— А мой папа говорит, что на каком-то этапе жизни родители и наставники должны разочаровывать, чтобы могли стать лучше них, — в глазах защипало, очень хотелось оказаться сейчас с папой, и спрятаться в его объятии от проблем.

— Мне нравится твой отец по рассказам, хочу с ним встретиться, — Андрей кинул в огонек последний комочек плюшевика. — Когда выберемся.

Оптимист Кощеев?

Действительно, странная планета.

Спал Андрей плохо.

Сквозь дрему вздрагивал от грома, несколько секунд прислушивался и снова проваливался в видения уставшего мозга: сквозь разлом в камне, горящем письменами, вылезала огромная ствелларская рука и манила пальцем за собой. И он шел, а потом просыпался от лютого холода. И так по кругу.