Книга Рионада, страница 98 – Натали Смит

— Надеюсь, уровень реки не поднимется, — решилась прервать затянувшееся молчание. — Затопит нас еще.

— Обойдется, — сухо отозвался Андрей.

Наверное, все же показалось, напридумывала себе. Настя уткнулась в накс, изучала чертежи для плота. Выглядело несложно. Гораздо труднее плыть не умея, навыки сплава по реке не имелись. Краткая инструкция от ИИ как издевательство. Придется рассчитывать все на те же спецкостюмы, застегнутые наглухо.

Кощеев выбрался из источника, укутался в термоодеяло, лег рядом.

— Ты чего, наружу? — окинул взглядом одежду.

«Наблюдательный», невесело хмыкнула про себя Настя. Сапоги только не хотелось одевать. Ну да, обычно люди полностью оголяются, когда желают лечь с партнером, а она наоборот. Все она знала, в теории, и по наблюдениям. Что ей претило, так потеря людьми всяческой интимности, личных вещей. Все выставлялось напоказ, на витрину социального одобрения: тело, браки, разводы. Хочешь — смотри за деньги, как кто-то ест, спит, моется, транслирует в прямом эфире разговоры с партнером перед сном. Или не разговоры…

— Нет, просто привычка, — вздохнула Настя отворачиваясь.

Пусть устроится спокойно.

Долго лежали в тишине. Сон не шел, решимость тоже где-то гуляла. Только царапающее ощущение по шее не проходило. Настя осторожно перевернулась, встретила немигающий взгляд, в полумраке казавшийся черным. Он так и не оделся, лишь укрылся одеялом, рука лежала так, будто он тянулся, да на полпути остановился. Спали они до этого ближе некуда, сейчас — на расстоянии выдоха, и горизонт событий неумолимо затягивал их в бездну.

Испытуемые не сопротивлялись.

— Вся жизнь — учеба, больница, работа, — шепнула Настя. — И это все, что со мной останется, если не вырвемся с Рионады. Так хочется жить полноценно…

Как расстояние сократилось она не поняла, время пошло иначе, тягуче. Андрей вдруг оказался совсем рядом, так что дыхание смешалось, его пальцы сзади на ее шее медленно рисовали круги.

— Я не ошибаюсь? — шепнул в ее полураскрытые губы.

— Нет, — также тихо ответила она, а после они не говорили.

Осторожные пробы ласк, невесомые, как его тайные поцелуи в лоб, быстро перешли в уверенные. Настя повторяла за ним на древних инстинктах, возвращая каждое движение языка, прикосновение губ. Андрей доминировал, и ей нравилось идти за ним, хоть кто-то должен ведь знать на практике, что делать.

Происходящее снаружи не имело значения. Иногда от вибраций сыпалось сверху, они не замечали. В этом осколке недоброжелательного мира рождалось нечто новое для двоих.

Они целовались, пока не опухли губы, пока не иссякли последние мысли, будто впадали в транс, готовились к анабиозу.

Поклонение телу сместилось ниже.

Настя не знала, что может быть так сладко от движения языка вдоль шеи, что мочки ушей тоже чувствительны. Их пальцы переплелись, дыхание сбивалось. Смущение ушло: в полумраке не видно ее шрамов, а кожа на протезах сливалась с ее собственной, иллюзия полноценности. Ее устраивало. Настя хотела чувствовать как и он, где трогала бесполезными руками, там повторяла языком. В ушах стучал пульс, забивая гром снаружи, Андрей дышал сквозь зубы, напряженные мышцы его рук чуть дрожали.

Горизонт событий затянул глубже, где-то за ним осталась сброшенная одежда и остатки неуверенности. Под внимательными, чуть властными и собственническими ласками таяло тело, и Настя точно знала — все как надо, правильно. С тем человеком.